В четвертый раз "сеть" плел уже старик де Риз - так и не найдя, где же именно допустил ошибку внук, дед решил сам проверить, в чем дело. Теоретически, ритуал "оживления" тотемного животного (ну, или насекомого - у всех по-разному) очень прост - тот, кто становится объектом ритуала должен погрузиться в свой собственный мир, что умеет каждый маг и изучает это едва ли не в первую очередь. Дальнейшее зависит уже от тех, кто проводит ритуал - тонкие нити энергии "погружаются" в тело мага, чей тотем "оживляют", где из них и сплетают сеть. Далее все совсем просто - испытуемый, погружаясь во внутренний мир, освобождает место для своей второй сущности - ее и называют тотемом.
Таким образом, Леон должен был просто "вытянуть" зверя в этот мир и дождаться пока черноволосый вернется в сознание. На деле же все пошло не так - судя по тому, что молодой маг никак не реагировал на внешние раздражители, он погрузился "в себя" и сделал это отлично. То есть, его место должна была занять вторая сущность, ну или покровитель, как ее еще называют. Соответственно, Леону надо было обвить "тотемного зверя" своей сетью и вытянуть его наружу. Естественно, сущность-покровитель не покидает физическое тело, да и оживлением это довольно трудно назвать - сеть, сплетенная из золотых нитей магии создает слепок, оставляя его на коже мага. Это скорее похоже на отражение в воде или зеркале, чем на простой рисунок или "воплощенный" тотем.
Сплетя сеть, одним Светлым известно, в который раз, Леон закрыл глаза и сделал глубокий вдох - дед и Трей Килл, пристально наблюдающие за ним, не давали сосредоточиться. Как только сознание Леона погрузилось в покой, он "направил" нити в тело черноволосого и принялся плести сеть. Когда золотая паутина была практически закончена, неведомая сила, словно скомкала ее и "потянула" Леона за собой.
Лука Редж, утерев рукой подбородок, по которому текла горячая красная кровь, мрачно усмехнулся - мир, окружавший его, походил на спокойное серое море с торчащими тут и там серыми скалами, в самом центре которого висела огромная черная паутина. На переплетении прочных, словно отлитых из металла, нитей сидело нечто, напоминающее паука и скорпиона одновременно.
Когда Лука только попал в этот странный и, словно бы вывернутый наизнанку, мир, он не намеревался вступать в схватку с этим чудовищем. По той простой причине, что "паук" по размерам своим превосходил взрослого Лира, а безрассудством Лука никогда не отличался. Пока он рассматривал монстра, тот повернул к нему свою голову, украшенную рогами и вперил в него все свои восемь глаз, что светились словно тлеющие угли. Развернув к нему свое огромно тело, паук, со скоростью, какой Редж от него просто не ожидал, пополз в его сторону. Почти сразу монстра обвила золотая сеть, а пространство окружающее заполнилось мелодичным звоном, как если бы невинная дева задумчиво перебирала струны золотой арфы. Мелодия успокаивала и наполняла покоем, кроме этого Лука остро ощутил магию, непрерывным потоком исходящую от этих золотых нитей. Концентрация ее была такова, что Редж упал на колени и его едва не смело, словно опавший лист осенним ветром. Видимо, магия подействовала только на Луку, потому как паук продолжал двигаться в его сторону с прежней скоростью до тех пор, пока магические нити не лопнули.
Попятившись назад, Редж смотрел на несущегося к нему паука, недоумевая над тем, почему Дэмиен его не предупредил о вероятности подобного? Да и Килл тоже... От ненужных вопросов Луку отвлек паук-скорпион - в серую землю под ногами вонзилось огромное жало и Редж был вынужден отскочить в сторону. Стоило ему сделать небольшой прыжок, как в тело вонзилось еще одно жало - паук, как оказалось, был более разумен, чем Лука предположил изначально. Корчась от боли и задыхаясь, Редж зло уставился на насекомое. Все же, он не ожидал, что противник предугадает его действия - отпрыгнув, Лука напоролся на мохнатую паучью лапу, из которой, словно коготь, торчало маленькое жало. Шипя от гнева и злости, Редж прошептал:
- Значит так, да?
Дальнейшее походило на неравную битву между ним и уродливым чудовищем - Лука, неизвестно почему, не мог использовать ни одно из известных ему заклинаний, даже самых простейших. В то же время паук, передвигающийся с шокирующей скоростью, атаковал лапами и жалом. Все тело мага покрывали многочисленные раны, левая рука, в которую пришелся один из ударов паучьего жала, повисла безвольной плетью, место укуса пульсировало горячей болью и Редж периодически терял сознание. Благо, длилось это считанные мгновения...