Моя правая сторона тела стала ослепительно белой и светящейся. На эту часть словно надели гладкие, литые латы, без единого выступающего угла.
В таком виде я и дошёл до демона, схватил меч двумя руками и занёс его над головой, наверное, точно так же, как несколькими минутами ранее это делал демон.
Тот вперил в меня взгляд, раскрыл пасть и выдохнул пламенем, но я уже опускал меч со всей оставшейся силой. Огнём опалило лицо, руки, кажется, загорелся плащ. Я почувствовал сопротивление, когда клинок дошёл до тела демона, и жар сразу же опал.
С трудом я вырывал меч и снова занёс над головой. Новый удар, и он уже не рычит, а хрипит и булькает. Мало! Ещё! Ещё удар!
С последним ударом все звуки разом стихли. Я ничего не видел и перешёл на ощущение маны. Весь демон ею был просто напитан — горячей, злобной, ярко-оранжевой. Часть отделилась от его тела, и я перестал её ощущать.
Всё, это был мой предел. Я упал на колено и вырубил овердрайв — не хватало ещё загнуться от переутомления.
Что-то происходило. Я стал ощущать, как сгусток демонической маны, смешанный с какой-то другой энергией, начинает подниматься вверх.
Я выпрямился, пусть и с трудом и вдруг понял, что это. Сущность демона покинула его физическое тело и принялась искать себе новое. Он снова рычал, сыпал проклятиями и выбирал, в кого подселиться. Я не дал ему это сделать.
По какому-то наитию, я схватил сущность левой рукой. Под пальцами она была упругой и начала рваться в стороны.
— Куда собрался? — прохрипел я и схватил правой рукой то место, где должна быть его шея.
Демон начал визжать, его сущность зашипела, и я чувствовал, как его мана начинает испаряться. В то же время, по моей левой руке в грудь потёк тонкий ручеёк энергии.
Я отпустил левую руку, развернул её ладонью вниз, вытянул пальцы и нанёс удар куда-то в середину сущности. Моя правая рука стала тянуть вверх, а левая вниз. Усилие скорее воли и намерения, чем физическое, помноженное на два вида маны и усиление от тёмной богини привело к тому, что я разорвал сущность напополам и развёл обрывки в стороны. То, что я сжимал в правой руке, стало исчезать и растворяться. То, что я сжимал в левой — поглощаться моим телом.
Стало очень тяжело стоять, но надо было закончить процесс, иначе демон мог возродиться. Я поднажал, вливая в себя ещё часть маны Тьмы и Света и направляя её в руки, которые сжал крепче. Я окутал маной оба сгустка сущности — уже в четверть от первоначального размера каждый. С последним воплем кусок в моей правой руке испарился окончательно, а из левой перетёк в мою грудь.
И в этот момент моё тело отказало окончательно. Я повалился на спину и потерял сознание.
Пробуждение было не из приятных. От боли и жара я зашёлся в хриплом крике и тут же захлебнулся им. Боль пронзила грудину. Руки, голова, лицо, грудь — всё словно пылало. Чьи-то сильные руки удержали меня, пока по телу разливалось приятное успокаивающее тепло — слева и справа.
Раздался голос Алюэт. Справа. Значит, слева Тэсая, а я лежу на коленях у Дзинсаи — уж очень было удобно голове. Вот только я снова не понимал ни слова.
«Тише, тише, полежи спокойно. Всё хорошо», — раздался в моей голове голос Дзинсаи.
Постепенно боль начала проходить, мелкие движения теперь не вызвали такой сильной боли.
И ещё кое-что: я ничего не видел. Попытался поднять руку и коснуться лица, но её перехватили.
— Что со мной? — голос был хриплым, я едва узнал его. Глотка пересохла, словно туда засунули наждак.
— У тебя сильные ожоги. Пламя демона опалила тебе руки, лицо и…
Она замялась, не решаясь мне что-то сказать.
— Говори уже.
— У тебя нет глаз, они выгорели, как и волосы, как и всё твоё лицо.
Вот так. Впрочем, чего удивляться? Если на лицо пришёлся основной поток пламени? Чуда не произошло.
— Твои доспехи, хозяин, — голос Дзинсаи глух, даже сух. Мне не понадобилась ментальная связь, чтобы понять, что ей тяжело меня таким видеть. — Демон пробил их. Они пригорели к твоему телу, нам пришлось сдирать их вместе с кожей. Как и обруч с твоей головы.
А не хилая сила у этого демона — одним ударом снести два магических барьера (один Алюэт, другой Тэсаи), пробить бригантину, кольчугу, поддоспешник, «каменную кожу», рубаху с защитой от магии, а меч у него был явно магический, мою плотную усиленную кожу и вмять грудину внутрь тела. По-хорошему, я бы уже должен был быть мёртв. Но столько слоёв защиты спасли — теперь валяюсь слепым калекой, едва пальцами шевелю. Но хотя бы дышать можно. Более-менее.