В эту ночь ей не спалось, но мысли занимали не приближающиеся зачеты. Вновь вспомнился Эдик. Прошло уже два года, а он никак не хотел уходить совсем и возникал в мыслях гораздо чаще тех, кого Олин считала своими родителями. Тех, кто худо-бедно, но пытался ее воспитывать и, наверное, все же любил. А любил ли ее Эдик — это вопрос сложный и на него уже не получить ответа. Но он понимал. По крайней мере, Олин так казалось.
Сон все ни шел. Она встала и быстро одевшись, вышла из комнаты. Тила получила увольнительную и улетела к матери, вернется только завтра. Вокруг стояла тишина. По периметру прохаживались патрульные. Как старшина группы, Олин имела право находиться на территории после отбоя. Она прошла в зону отдыха и присела на лавочку. Горячий сухой воздух драл горло, но возвращаться к себе не хотелось.
— Не спится? — рядом с ней опустился Атикс. Складывалось впечатление, что он следит за ней и преследует. Но и это стало привычной частью жизни. — Отбой давно уже был.
— Напомни это себе, — Олин повернулась к нему в пол-оборота. — У меня приказ капитана проверить территорию.
— Ну конечно, — Атикс усмехнулся, явно не поверив. Но Олин показалось, что в его усмешке нет обычной надменности. — Потому, ты заняла стратегическую позицию, надеясь выловить нарушителей. Умно, ничего не скажешь.
— Но одного ведь все же выловила.
— Так чего не докладываешь?
— Хочешь выставить меня стукачом?
— Тебя стукачом? Смеешься? Ты слишком честная. Само воплощение чести и доблести, у тебя в глазах вселенская справедливость. Сначала морду бьешь, а потом в драке заступаться лезешь.
— Тогда, я действительно не видела, что там ты.
— Да если бы и видела — это ничего бы не изменило. И кстати, в той драке, я должен был получить по заслугам.
— По заслугам, дерутся один на один, а ни пятеро на одного, — заметила Олин. — Такое не достойно чести офицера.
— Ну, а я о чем? Таил, по-моему, в твоих генах с честью перебор.
— Знала б как, поделилась бы с тобой.
— Не надо, мне и так хорошо.
— Но, тем не менее, ты не позволил, чтоб меня сняли с должности.
— Десант своих не бросает. И не подставляет, — Атикс повернулся к Олин. — В отличие от флотских.
В этих словах чувствовалась явная неприязнь к флоту, причем, основанная на чем-то конкретном.
— Лоурен, с чего ты на меня взъелся? — задала Олин вопрос, мучавший ее почти два года.
— Да ни с чего, — немного растерянно ответил Атикс. — Бывает любовь с первого взгляда, а бывает неприязнь. Вот и все. А ты на меня?
— А у меня принцип: я никому не позволяю самоутверждаться за свой счет, — Олин посмотрела ему в глаза.
Сейчас, Атикс не увидел в ее взгляде привычной мглы, выворачивающей душу. Казалось, черные глаза подернуты дымкой печали и застарелой обиды, занозой засевшей в сердце. Захотелось сдернуть эту пелену, залечить все раны, защитить от жестокости Большого Космоса. Атикс не мог объяснить, как так вышло, но он склонился к лицу девушки, коснулся губами ее губ и тут же ощутил жесткий удар в живот.
— Решил, пары фраз хватит, чтоб я бросилась тебе на шею? — Олин поднялась. — Адресом ошибся. За развлечением на ночь, нужно было в город идти!
Атикс поднял голову, пытаясь восстановить дыхание. Теперь, взгляд Олин стал таким, каким он привык его видеть. Она развернулась и пошла к жилому блоку. Атикс долго смотрел ей вслед, пытаясь понять, что же на самом деле иллюзия: то, что он видел несколько секунд, или то, что привык видеть каждый день. Атикс склонялся ко второму — по личному опыту. Он устало прислонился к спинке лавочки. На губах осталось ощущение мимолетного прикосновения. Он не рискнул бы повторить подобную попытку, теперь, совершенно ясно — рыжий сержант был прав, ему ничего не светит, так что, цепляй Лоурен маску надменного папенькиного сынка обратно и продолжай усложнять ей жизнь, но Акрик побери, это мгновение стоило того, что завтра у него проступит синяк на пол живота…
Выспаться в эту ночь Олин так и не смогла. Она проворочалась до самого утра, а еще предстоит целый день прошляться в патруле, да и Атикс обязательно начнет цепляться. Как же так, его да так грубо отшили! Но к удивлению, Атикс старался не попадаться Олин на глаза. Да и не предоставлялось ему особо такой возможности — их посты находились в разных частях центра. Так что, день прошел спокойно.
Олин сдавала снаряжение, когда на коммуникатор пришло сообщение явиться к капитану. Небось, опять кто-то умудрился влипнуть в историю и Нилион поручит ей разобраться с этим. Казалось, что куратор сразу решил показать Олин все «прелести» офицерской жизни. Ничего, недолго ему осталось измываться над ней, даже если он и руководствуется самыми благими намерениями.