Некоторое время, Верм сосредоточенно изучал информацию.
— У вас уже имеется план действий? — наконец поинтересовался он.
— Нужно укреплять центр, пока есть время на переброску сил.
— Откуда перебрасывать? Открывать рубежи нельзя, вдруг, это окажется провокацией, а там сил и без того кое-как хватает…
— Тогда, придется объявить срочную мобилизацию курсантов, прошедших годовую подготовку.
— Главнокомандующий, это ведь крайняя мера, — возразил Верм. — Тем более, меньше чем через две недели, выпуск.
— Это может оказаться долгим сроком. Забыл Корэллу? Там роль сыграли минуты. Я слишком хорошо помню.
— Я тоже. Так значит, мобилизация?
— Да. Готовь распределительные листы, совместно с управлением. Послезавтра, подашь мне.
— Это все?
— Пока, да. Можешь быть свободен.
Верм отдал честь и вышел. Казалось, он остался не слишком доволен. Челиона и самого коробило, от необходимости бросать в бой недоучившийся молодняк. Но лучше так, чем потом разгребать последствия. Если еще останется, что грести.
Глава 23
Глава 23
Почти за неделю пребывания в центре, отношения с Олин не сдвинулись с мертвой точки. Она общалась с Эриком в сугубо официальном тоне — это нервировало капитана больше всего. Да, честно говоря, на разговоры и выяснения отношений времени практически не оставалось.
Уже успешно прошли зачеты по огневой подготовке и рукопашному бою. Стоит признать, Нилион хорошо подготовил своих курсантов. Как-никак — для себя старался.
Прежде чем нести рапорт по последнему зачету Миленсу, Эрик зашел в кабинет к Нилиону.
— Что у нас на завтра? — он присел напротив небарианина.
— Пилотирование, — Нилион отложил личные дела, которые просматривал.
— Слушай, может, я сам проведу?
— Шутишь? — Нилион удивленно посмотрел на Эрика. — Как ты себе это представляешь? Ты, конечно, можешь творить чудеса, но чудеса эти весьма своеобразные…
— Вот только не начинай, — отмахнулся от него Эрик. — Зато, я всегда сажусь. К тому же, я буду смотреть, как управляются с кораблем другие, а ни делать это сам.
— Зачем тебе? Ты ведь и так будешь присутствовать?
— Может, поговорить удастся.
— Вряд ли. Да и договариваться тебе надо не со мной, а с капитаном Наровым, зачет он принимает. Считаешь, удастся его уломать?
— Попробую.
С капитаном Миртом Наровым, у него сложились «особо теплые отношения», еще в бытность курсантом. Именно из-за него, Эрик лишился лейтенантского звания при выпуске и поступил на службу старшиной. Не смог инструктор простить курсанту сломанную челюсть. Казалось, он до сих пор таит обиду и старается избегать встречи с Эриком. Теперь, они находятся в одном звании, и если бывший воспитанник решит еще раз въехать Нарову в челюсть, тот не сможет ничего ему сделать. Кроме как въехать в обратную.
— Ход зачета уже известен? — Эрик вытянул ноги под столом.
— Ты же знаешь, это сообщают непосредственно перед началом. А ты чего разнервничался?
— Сам не знаю. Видимо, свой зачет вспомнил, — Эрик встал. — Пойду я, Нарова найду.
— Ну, удачи, — пожелал Нилион.
Эрик направился на тренировочную площадку. По идеи, Наров должен находиться там. Инструктор действительно проводил занятия со своей группой и явно не обрадовался, увидев Эрика.
— Здорово, капитан! — произнес десантник, подойдя к инструктору. — Как жизнь?
— Как видишь, ничего не изменилось, — мрачно ответил Наров. — А ты неплохо продвинулся, за это время.
— Надеялся на обратное? — Эрик слегка усмехнулся. — Знаешь, я ведь не в обиде, что по твоей милости с меня звание сняли.
— Правда? — Наров удивленно посмотрел на Эрика. — А ничего, что ты мне тогда челюсть свернул?
— Да нет, ничего. Всякое бывает. Зачем нужно было влазить?
— Это моя обязанность. Ты чего хотел, Майлов? — всем своим видом, Наров показывал, что он не хочет общаться со своим бывшим курсантом.
— Облегчить тебе жизнь. Например, могу принять завтра зачет, вместо тебя, — предложил Эрик.
— Неужели, совесть проснулась? Как-то сомнительно. Тебя ведь прислали в качестве независимого куратора, зачем тебе самому принимать зачет? Боишься, что я кого-то завалю, или же сам хочешь завалить?
— Я не склонен к мелочной мести. А ты не сможешь никого завалить, я за этим прослежу. Но ведь можно и избавить друг друга от радости общения.
— Нет, — Наров покачал головой. — Я привык сам выполнять свои обязанности.