Аура вокруг Алекса мгновенно изменилась. Она сгустилась, стала почти осязаемой, черной как сама ночь, но с глубокими фиолетовыми и серебряными искрами. Давление, исходящее от него, резко возросло, заставив даже Малахара на мгновение прекратить атаку и с удивлением посмотреть на свою «жертву». Визуально Алекс почти не изменился, лишь его глаза вспыхнули глубоким, потусторонним фиолетовым светом, а несколько прядей его русых волос стремительно окрасились в чистый, лунный серебряный цвет. Но главное – его ранг. Капитан Суриков, Инга и Виктор, стоявшие позади, почувствовали это – аура Алекса взлетела до запредельных высот, плотно приблизившись к порогу SS-ранга, ощущалась как минимум на уровне сильного S+.
«Что… что это такое?!» – Малахар, Глашатай Теней, впервые за весь бой выказал нечто похожее на замешательство. Он чувствовал эту силу – чуждую, древнюю, опасную.
Алекс не ответил. У него было всего пять минут. Он поднял свой меч.
[Абсолютное Лезвие Пустоты]! Клинок не просто окутался тьмой – он словно сам стал частью Бездны, поглощая свет вокруг, его кромка вибрировала от немыслимой концентрации разрушительной энергии.
Первым движением было [Пространственное Искажение]. Алекс не просто рванулся вперед – он словно прошил реальность, мгновенно оказавшись перед Малахаром, обходя все его теневые ловушки и защитные поля. Скорость была такой, что даже SS-ранг не успел полностью среагировать.
Удар! [Абсолютное Лезвие] столкнулось с черными когтями Малахара, которые тот инстинктивно выставил для блока. Раздался оглушительный скрежет, словно столкнулись две галактики. Когти Малахара, способные рвать сталь и камень, покрылись трещинами, а самого Глашатая Теней отбросило на несколько шагов назад, его глаза выражали шок.
«Невозможно! Такая сила… у смертного?!»
Алекс не дал ему опомниться. Он снова использовал [Пространственное Искажение], появляясь то справа, то слева, то за спиной Малахара, нанося удары своим аннигилирующим клинком. Малахар отчаянно отбивался, его теневая магия бушевала, создавая [Щиты Мрака], [Лезвия Тени], призывая [Призрачных Стражей]. Но [Абсолютное Лезвие] Алекса проходило сквозь его защиту, как нож сквозь масло, оставляя на его теле и броне глубокие, дымящиеся раны, которые затягивались мучительно медленно.
«Капитан! Инга! Виктор! Сейчас!» – голос Алекса прозвучал глухо, искаженно от переполняющей его силы, но приказ был ясен.
Суриков, Инга и Виктор, оправившись от первоначального шока, тут же вступили в бой, поддерживая Алекса. Суриков, превозмогая боль в раненой руке, обрушил на Малахара [Водоворот] и [Водные Кнуты], пытаясь сковать его движения. Инга своим [Золотым Молотом], усиленным [Резонансным Ударом], била по тем местам, где Алекс пробивал бреши в защите Малахара. Виктор Боель, собрав остатки сил, выставил [Несокрушимый Бастион] перед раненым Максимом, не давая Малахару переключиться на более легкую цель.
Малахар взревел от ярости и боли. Он не ожидал такого отпора. Вокруг Алекса начала формироваться едва заметная, но ощутимая аура – [Поле Энтропии]. Магия Малахара начала давать сбои, его теневые конструкции становились нестабильными, регенерация почти остановилась.
«Что ты такое?!» – прохрипел Малахар, отступая под градом скоординированных атак.
Алекс не отвечал. Он чувствовал, как сила Хаоса бурлит в нем, как она жаждет уничтожения этого порождения тьмы. Но он также чувствовал, как его собственное тело работает на пределе, как энергия вытекает из него с ужасающей скоростью. Пять минут… они истекали.
Он сделал последнее, отчаянное усилие. Сконцентрировал всю доступную мощь в одном ударе. [Абсолютное Лезвие Пустоты] вспыхнуло так ярко, что на мгновение поглотило весь багровый свет в зале. Он использовал [Пространственный Сдвиг Реальности], чтобы оказаться прямо перед Малахаром, и нанес удар, целясь в самое сердце его теневой сущности.
Раздался оглушительный крик, полный боли и неверия. Тело Малахара забилось в конвульсиях, его теневая форма начала распадаться, превращаясь в черный пепел.
«Проклятие… на вас… всех…» – это были его последние слова.
Глашатай Теней, могущественный SS-ранг, был повержен.
В тот же миг, как Малахар исчез, сила, данная Хаосом, покинула Алекса. Серебро в его волосах потускнело, фиолетовое свечение в глазах угасло. Его тут же накрыла чудовищная отдача. Ноги подкосились, мир качнулся. Рана на лице горела адским огнем.
«Алекс!» – Инга подхватила его, не давая упасть.
«Мы… сделали это…» – прошептал он, чувствуя, как сознание уплывает.