Однажды вечером, когда они втроем (Лёня все еще не оставлял попыток быть рядом) сидели в почти пустой столовой, и Алекс снова механически ковырял вилкой в тарелке, Настя не выдержала. Она с грохотом поставила свой поднос на стол.
«Волков!» – ее голос прозвучал резко, заставив Алекса вздрогнуть и поднять на нее отсутствующий взгляд. Лёня испуганно вжал голову в плечи.
«Да, да, мы все уже поняли, как тебе хреново!» – Настя с вызовом смотрела ему в глаза, ее красные волосы, казалось, потрескивали от сдерживаемой ярости. – «Мы поняли, что ты потерял друзей, что тебе больно, что тебе нужно время прийти в себя! Но какого черта ты превратился в это унылое привидение?! Зачем портить жизнь и настроение тем, кто рядом, кто пытается тебя поддержать?!»
«Настя, не надо…» – попытался вмешаться Лёня, но она его не слушала.
«Возьми себя в руки, Волков!» – продолжала она, ее голос звенел от злости и… отчаяния? – «Тот Алекс, которого я знаю, которого я видела на аттестации, который дрался как лев у врат Багрового Рассвета, тот, кто не побоялся пойти против S+ вампира – он не был такой тряпкой! Он был героем, Александром Волковым, который идет вперед, несмотря ни на что! Который стискивает зубы и дерется! Так что хватит этой твоей вселенской скорби! Хватит жалеть себя! Соберись и займись делом! Становись сильнее, если не хочешь, чтобы это повторилось!»
Она выпалила все это на одном дыхании и, тяжело дыша, отвернулась, скрестив руки на груди. В столовой повисла тишина.
Слова Насти, грубые, злые, но отчаянно искренние, ударили по Алексу сильнее любого физического удара. Тряпка? Герой? Он посмотрел на свои руки. Он действительно раскис. Позволил горю и чувству вины поглотить себя. Но Настя была права. Василиса, Демид, Максим… они бы не хотели видеть его таким. Они сражались до конца. И он должен.
В тот вечер что-то в Алексе изменилось. Ледяная пустота в душе не исчезла, боль от потерь не утихла, но к ним добавилась новая, холодная, стальная решимость. Он не позволит себе сломаться. Он станет сильнее. Ради них. Ради себя.
На следующий же день он возобновил тренировки с удвоенной яростью. Он часами истязал себя на полигоне, оттачивая каждый навык, каждый удар, пытаясь выжать максимум из своего ослабленного B-рангового потенциала. Он снова начал общаться с Лёней, обсуждая теорию, помогая ему с тренировками. Он даже несколько раз перекинулся парой фраз с Настей, которая, увидев перемену в нем, лишь хмыкнула, но в ее глазах промелькнуло одобрение.
И он принял еще одно решение. Ему нужна была помощь. Настоящая помощь.
Вечером того же дня, после занятий и короткой тренировки, он набрал номер Альберта.
«Альберт, это Алекс. У меня к вам… немного нестандартная просьба».
«Слушаю вас, младший господин», – голос дворецкого был как всегда спокоен.
«Я… мне нужно, чтобы вы тренировали меня. Каждый день. После занятий в академии». Алекс понимал, насколько наглой была его просьба. Альберт жил в поместье за чертой города, академия – в центре. Это означало, что дворецкому придется каждый день тратить несколько часов только на дорогу.
На другом конце наступило молчание.
«Я все понимаю, молодой господин», – наконец произнес Альберт. – «Но зачем вам такая срочность? Вы же еще не восстановились с рейда.
«Прошу, Альберт, мне очень надо», – в голосе Алекса прозвучало отчаяние. – «Я хочу стать сильнее. Я… я никого не смог защитить, Альберт. Ни Василису, ни Демида, ни Максима… Из-за того, что был слишком слаб. Я не хочу, чтобы это повторилось. Прошу… помоги мне».
Снова молчание. А затем тихий, но твердый ответ:
«Хорошо, младший господин. Я буду ждать вас у ворот академии каждый день после ваших занятий. Мы будем тренироваться в поместье. И возвращать вас я буду также сам, хоть и под ночь».
«Спасибо, Альберт. Спасибо», – Алекс почувствовал, как к горлу подступает ком. Он не был один.
«Не благодарите. Ваш отец хотел бы, чтобы вы стали сильным. И я сделаю все, чтобы это произошло», – с этими словами Альберт отключился.
Алекс опустил телефон. Новый этап его жизни начинался. Этап боли, пота и отчаянной борьбы за силу. Но теперь он знал, ради чего сражается. И он больше не был один на этом пути.
Глава 47 Возвращение к себе
Полгода. Шесть месяцев пролетели в тумане изнурительных тренировок, академической рутины и медленного, мучительного возвращения к самому себе. После той памятной отповеди Насти и начала ежедневных тренировок с Альбертом, Алекс словно вынырнул из оцепенения, в которое его повергли потери в рейде с «Жнецом». Боль от гибели Василисы, Демида и Максима не утихла, она просто превратилась в холодный, твердый стержень внутри, в постоянное напоминание о цене слабости и о той цели, к которой он теперь стремился с удвоенной яростью.