- НУ, И ЧЁ ТЫ ПЯЛИШЬ, КОЗЬЕ ВЫМЯ? – лысый бугай крепко сжал кулаки. Нахмурился, от чего его безобразная морда ожесточилась еще больше, и отвердевшей поступью двинулся к селянам. Местные тут же смолкли и понурили головы, стараясь не злить тех, кому не так давно выплатили дань, выкупив свои никчемные жизни. – ЭЙ, Я ТЕБЯ СПРОСИЛ! – он схватил старика за глотку и оторвал от земли. Юноша вскочил со своего места, желая вмешаться, но родной голос остановил его и зря.
- Нель… езь… – прохрипел старший, махая сыну руками, но тот не спешил отступать.
- ШО, СМЕЛЫЙ, А? – бугай отбросил старика, как пушинку, шагнул к парню и свалил его тяжелым ударом в живот. Джек поморщился, словно примерил его на себе. После такого ни то, что не поднимешься, но и вряд ли выживешь. Хотя, он бы выжил, но у того доходяги – нет шансов.
Парень упал на колени и обхватил руками живот. Его пустой взгляд устремился куда-то в сторону и ничего не выражал. Лицо исказилось от проникающей боли, тяжелой, рвущей кровоточащие внутренности на куски, но он молчал, всеми силами сдерживая порывающийся наружу вопль, не желая позориться, не желая доставить этому лысому УБЛЮДКУ ни толики удовольствия.
Здоровяк занес свой кулачище, для еще одного сокрушительного удара. В тот же момент старик слегка приподнялся и вздрогнул, заметив это. Он пополз к сыну так быстро, как только мог и прыгнул, в самый последний момент, закрыв его своей широкой старческой грудью. Послышался глухой булькающий звук и хруст ломающихся костей. Седовласый отлетел в сторону амбара и с грохотом ударился об землю. Два раза прокатился по ней и затих, уткнувшись лицом в твердь. Его губы чуть дрогнули, но на большее сил не хватило. В тот же миг обломок кости вонзился ему прямо в сердце, и он умер, так и не закончив свою предсмертную речь.
- А?.. – бугай тупо уставился на распластавшегося мальчишку вообще не понимая, что только что произошло. – ПРОМАЗАЛ ЧТО ЛИ? – Он почесал лысину, пытаясь осмыслить, почему голова парня не разлетелась вдребезги как спелая дыня, но это оказалось слишком тяжело для него. – ЭЙ… - Он обратился к собутыльнику. Его имя вертелось на языке, но бугай никак не мог вспомнить его. – ДАЙ-КА МНЕ ПАЛКУ… ВЫЖГУ МАЛЬЧИШКЕ ГЛАЗА, ЧТОБЫ ОН НЕ ЗЫРКАЛ ТАК НА МЕНЯ!
Черноволосый отпил из бутылки и поморщился. Схватил первую головешку и уже хотел кинуть, но вовремя удержал себя от этой глупой затеи. Пусть он и не настолько пьян, как Доррес, но если эта груда мяса обозлится, то порвет его на части голыми руками, и он не никак не сможет остановить это. Поэтому лучше не злить его. Тихо направлять, скрыто помыкать, но не злить. Он – неудержимая сила, открывающая путь к деньгам, женщинам и прочим удовольствиям. А злость… Она ни к чему. Иначе в гневе, он опустошит эти прекрасные и обширные места, в которых еще осталось кого грабить и насиловать, а этого никак нельзя допустить. Но, если что-то начнется, что угодно, не важно что, остановить его сможет только старший брат, который остался в кабаке с главарём и другими членами банды.
- ПАПА!.. – послышался сдавленный девичий крик. – ЯКЕЛЬ!..
Дверь отварилась наружу. С такой силой, что ударилась о стену. На улицу выскочила девушка. Красивая девушка. С милым личиком, не пораженным проказой. Густыми черными волосами, падающими на плечи. Круглым, слегка веснушчатым лицом и подтянутой фигурой, которая хорошо обозревалась в зеленоватом платье. В руках она сжимала нож и выглядело это так неестественно, как если бы местный, всем известный СВИНОЁБ с оттопыренными ушами, кривыми зубами и глупым насмешливым лицом, травил бы геройские байки о себе, попутно убеждая других, что он вообще-то ненавидит свинину, но неравнодушен к овчине.
- Не трогайте их… – девушка перевела отчаянный взгляд на отца и брата, затем на обидчиков. Точнее обидчика, который уже поднес головешку с красным сияющим угольком к левому глазу ее брата. Впрочем, его красный сияющий уголек, висевший в штанах, уже сменил курс и был направлен точно на девушку. Как свет маяка, который поймал в море блуждающий корабль.
- Вот так-так… – мягко, даже ласково пропел черноволосый, окинув пышные девичьи выпуклости скользким взглядом. Как же она была хороша! Невообразима хороша! Девушка не шла ни в какое сравнение с местными дурехами. И где эти двое только прятали ее? Это же настоящее преступление против человечества! Да им не просто нужно выжечь глаза. Их стоит прилюдно четвертовать, а остатки скормить его любимым СОБАЧКАМ. Вот так! Нет, они должны, точнее даже обязаны взять ее. Прямо здесь и сейчас.