Он не в силах что-то сделать. Не потому, что не может, а потому, что Марина этого не хочет.
Конечно, это понятно, кому бы хотелось рисковать, не имея никакой гарантии, хотя бы самую малость,– процентов шестьдесят пять, и Костя бы ее уговорил. Но у нее не было и этого. Ее организм мог не справиться в буквальном смысле, сломаться и перестать функционировать.
– Эй, ты что это в угол забрался, а?
Самая прекрасная невеста в красном платье нашла его в тени яблони, подошла, внимательно его взглядом окидывая, присматриваясь.
– У тебя все хорошо?
– Да, – он кивнул и, взглядом указал на тлеющую сигарету в руке, – Не хотел там вонять дымом.
– Ты точно в порядке? – ее беспокойство было приятным, но…
– Все хорошо, Танюш, иди к Диме, он тебя, кажется, потерял.
– Ох, я, вообще-то, от него сбежать хотела, он как в первый раз женится! – буркнула недовольно, но глаза светились таким счастьем, что ему хотелось отвернуться и не завидовать, не ощущать глухой злости за ее радость и счастье, – Вон, у меня уже губы болят с ним целоваться!
Она оттопырила ему свою нижнюю губу, наглядно демонстрируя.
– Танька, ты чего от мужа сбежала? Там сейчас ментов вызывать станут, а тут я…, как-то нехорошо получится, иди-ка ты благоверного успокой, а то нервный он больно!
Сава, даже своей усмешки скрывать не стал, но Таня лишь рассмеялась весело, его словам, и умчалась в дальний темный угол, куда мало падало света.
– Вот коза, а? У нее там мужик с ума сходит, а ей захотелось в прятки поиграть! – он недоуменно покачал головой, – Что за народ, а? Хрен поймешь, чего у них там за тараканы водятся.
Костя никак комментировать не стал, сделал еще пару затяжек, наполняя легкие дымом, пытался одну горечь заменить другой.
– Ты чего такой смурной, а, Костя?
– А чего мне, от радости плясать, что мать моего ребенка может умереть в любую минуту?! – зашипел яростно, сигарету, не докуренную, в пыль растер.
– Сама рассказала или помог кто?
– Сам как думаешь? – сарказм лился рекой, – Конечно, помогли мне узнать. Чтобы она добровольно в своей слабости мне призналась?! Да никогда в жизни!
– Это она умеет! Упертая, – кивнул понимающе, – Разецкий постарался?
Костя мог только молча кивнуть. Вытянул еще одну сигарету из пачки, прикурил и глубоко затянулся.
– Гнида! Я ей сразу так и сказал. Только она разве слушает? По молодости наивная была, думала, раз ей помогли,– не за спасибо, кстати, она для меня такие дела проворачивала, что самому до сих не верится, что все сухими из воды вышли,– значит, она всем помогать должна?! Спасать пыталась.
– Не всякого человека нужно из грязи спасать, для кого-то это естественная среда обитания, – тихо заметил, – Что ж ты ей мозги не вправил?!
А потом уже сам усмешку скрывать не стал, только затяжки стали еще глубже.
– Хотя, хрен ей что докажешь, если решила, все, ты хоть вешайся! Есть то, что в ней никогда не изменится.
– Да, есть. Ты пробовал ее убедить на операцию? Меня она не слушает, так может хотя бы тебе удастся?!
– Пробовал, только ты ее лучше меня знаешь. У них какие-то нелады с Разецким пошли?
–Поговаривают, он игрок.
– Кто поговаривает? – на Костю такой мрачный взгляд бросили, что ему бы сквозь землю провалиться, только фигу с маслом.
– Люди, – усмехнулся, – Значит, правда? Играет? В долги залез и перешел черту? Так?
–Допустим, – спокойно улыбнулся, – Дальше что?
– Почему не пресек сразу?
– Это ее компания, и меня она не касается. Да, бывают у нас совместные взаимовыгодные клиенты, но я не лезу в управление. Там главная она, потому не пресек, смысла не видел.
– Теперь тоже не видишь?
– Ты от меня, что услышать хочешь? Так ты сразу скажи, а я разберусь! – Сава разозлился, ругнулся под нос себе и задышал глухо и тяжко.
– Страшно. Мне страшно за нее, за нас всех. Жизнь такая штука, что не знаешь, откуда прилетит… Я просто, пока еще не знаю, как нужно действовать с ней. Давить? Или слабину дать?
– В этом деле я тебе точно не советчик, самому бы разобраться, – глухо проговорил, а взгляд свой от Золотаревой не отрывал.
Костя, вот честно, не понимал, какие у этих двоих отношения. Вместе они или нет? Не хотелось уточнять или спрашивать, но остальные, удивленными не выглядели, скорей уж смотрели на эту странную пару и пытались улыбки скрыть, но грустные какие-то.
Он и Марина тоже так со стороны выглядели?
Костя ловил себя на том, что смотрит, постоянно ищет ее взглядом теперь, присматривается и выискивает что-то в цвете лица, блеске глаз, движении рук. Просто смотрит на нее, особенно, если Марина не рядом, а дальше, чем на два метра от него отошла. Он, мысленно, уже готов бежать к ней, чуть что. И тело, корпусом теперь стоит в полоборота, в сторону Марины.