Все знакомые, даже мама, сокращали мое имя до Эсти, и только отец звал Тэлли. Я всегда бесилась от этого, дулась и не разрешала меня так называть, но внутри все равно было тепло и весело. Это прозвище было нашей тайной связью, будто никто больше не имел права его произносить. И папа знал, что мне нравилось. Он целовал меня в лоб перед сном и все узнавал. Но он так мало успел мне рассказать о наших способностях…
Все же я сумела справиться с эмоциями и никак не выразить их, а вместо этого скорчила расстроенную мордашку и с тяжелым вздохом призналась:
- Не хочу. Я его потеряла.
- Что сделала? - опешил герцог, осматривая меня таким взглядом, будто ему в постель забралась грязная и мокрая дворняга.
- Потеряла, - развела руками, словно указывала, что тут никакого колье точно нет. Инстигатор прикрыл глаза, стараясь совладать с гневом.
У него, наверное, в голове не укладывалось, как можно было потратить такую сумму на безделушку, потом ее бессовестно потерять, а затем еще и спокойно крутиться перед зеркалом. Наверное, если бы это не был спланированный дебош, то я бы сейчас отпаивалась валерьянкой, а слуги обмахивали меня платочками.
Но кто же виноват, что герцогу не повезло с женой?
А, кажется, это была я…
Алазар хотел что-то еще сказать, но мгновенно передумал, развернулся и удалился прочь. Даже дверью хлопнул. Нервный какой. Так к концу месяца у него глаз дергаться начнет. Хм, интересно, а лакети может поседеть? У них ведь и так от природы серый цвет волос…
Развивать эту мысль я не стала, а принялась стягивать с себя платье, которое с одной стороны уже было распорото и держалось только на булавках. Хорошо, что муж не стал меня трогать, а то так бы и развалилось прямо на мне. А затем направилась следом за мужем в столовую, но даже не дойдя до лестницы, замерла напротив открытой двери в кабинет герцога. Он стоял напротив столика, на котором были расставлены какие-то баночки, несколько статуэток, письменные принадлежности, еще что-то, на что я даже не обратила внимание. А в руках мужчина вертел сине-белый выпуклый конвертик. Он был квадратной формы, шириной меньше ладони, но в нем явно было что-то неправильной формы, из-за чего бумага странно выпирала бугром. На краю столика лежал бархатный пустой мешочек. И мне бы по-хорошему пройти дальше, а не вмешиваться, но до сознания добралась мерзопакостная мыслишка: «это ведь именно тот конвертик, который Гарон передал Ванессе».
Резко сменив траекторию движения, я шагнула внутрь кабинета. Оторвав взгляд от того, что крутил в руках муж, придирчиво осмотрелась.
- Я не приглашал тебя войти, - спокойно констатировал Алазар, на что я так же безразлично кивнула:
- А я не спрашивала разрешения.
Мужчина обернулся, обвел взглядом мое простое платье из старого гардероба, и отложив не распечатанный конверт, отошел к письменному столу.
- Ты что-то хотела?
- Поужинать с мужем, - пожала плечами, медленно подходя к столику. Я пыталась рассмотреть что же такое интересное подарила Ванесса возлюбленному, но так, чтобы этот самый возлюбленный не понял отчего у его жены началось косоглазие.
- Ты решила меня охмурять? - загнал меня в ступор насмешливый голос. Я даже застыла на месте и подняла голову на Алазара. Я…. Что?
Именно это и уточнила у герцога. Его улыбка стала еще шире:
- Сначала ты сделала вид, что гналась только за деньгами, а теперь уже ждешь меня к ужину? Рыжик, тебе не стоит питать лишние надежды.
- Надежды? - вполне искренне возмутилась я. - Ты себя переоцениваешь, Зарик. У Несси явно плохой вкус, если ты ей симпатичен.
- Тогда что же ты делаешь сейчас в моем кабинете? - прищурился Алазар, скрещивая руки на груди. Я быстро оглянулась в поисках достойного оправдания и наткнулась взглядом на бело-голубой конверт. Довольно хмыкнула и проинформировала супруга:
- Пришла сообщить о том, что у тебя ужасный вкус, и нам нужно многое переделать в особняке!
- Не много ли ты на себя берешь? - пришел в неописуемый восторг от подобного заявления муж, но я не была намерена отступать:
- Привить тебе вкус, - растягивая слова начала я. Хотя тут я откровенно врала. Алазар прекрасно выглядел сам, идеально подобрал жене платье, и в доме все было лаконично оформлено. Но план уже был придуман и незамедлительно претворялся в жизнь: - Самая малость, которую я могу сделать для собственного мужа. Начнем с этого столика. Тут кошмарный бардак. Все убрать!
- Стой!
Крик Алазара раздался слишком поздно. Я уже смахнула рукой все, что было на столешнице вниз. По первоначальному плану я должна была наделать шуму, разругаться с герцогом, а потом тихонько и незаметно забрать конверт, чтобы заглянуть внутрь, но все пошло наперекосяк. Наверное, со всеми моими планами так.
Первыми на пол упали несколько баночек с чем-то сыпучим, потом две статуэтки, после этого желанный конверт, а сверху с прочим хламом свалился флакон с какой-то зеленой жижей. Когда стекло со звоном разбилось, а жидкость с подозрительной проворностью хлынула во все стороны, в нос ударил едкий смрад. А дальше вообще произошло нечто ужасное: все что попало под зелёную жижу начинало шипеть и плавиться, сливаясь в однородный непонятный комок и тая на глазах, а сама вонючая субстанция продолжала расползаться в стороны, проедая, казалось, даже пол. Все это творилось прямо у меня под ногами.
Меня вдруг дернули наверх, и я неожиданно оказалась на руках герцога, который мгновенно выскочил в коридор. Опустил меня на пол, а сам скорее скинул собственные туфли. Я оторопело смотрела как из-под подошв пошел дымок, а затем перевела взгляд на Алазара. Сказать сейчас хоть что-то я была не в силах. Это что за универсальный утилизатор хранился в его кабинете?
Алазар, поджав губы, смотрел на то как зеленая муть выедает все до чего способна дотянуться. Даже на камнях она оставляла углубления. Я представила, что было бы, продолжи я стоять там, и невольно вздрогнула. Через пару минут герцог обернулся ко мне и с досадой произнес:
- Дура криворукая.
- Какого ткеши у тебя на столе делала такая опасная кислота? - не осталась я в долгу, ощущая как сердце колотится от запоздало охватившего меня страха.
- Это вместо благодарности? - рыкнул Алазар, но ответа дожидаться не стал и скомандовал: - Иди к себе в комнату!
Спорить я не решилась. Развернулась и послушно побрела к себе. Все равно от бело-голубого конверта уже ничего не осталось. Лишь закрыв за собой дверь, прошептала:
- Спасибо, Алазар.
31
Эстель
Утром меня разбудил какой-то непонятный звук. Даже не сообразив что происходит, я вскочила на кровати и осмотрелась. В комнате я была одна, а звук доносился от двери. Три негромких щелчка. И до меня внезапно дошло: замок! Меня только что закрыли снаружи. Опрометью кинулась к двери и дернула за ручку.
- Доброе утро, рыжик, - рассмеялся Алазар, очевидно наблюдая с той стороны за моими жалкими попытками выбраться.
- Что ты делаешь?! - возмутилась я, неистово дергая дверь, но особняк весь был построен на совесть и деревянная преграда не спешила поддаваться. - Выпусти меня немедленно, крокодил!
- Я тебя уже выпускал, - фыркнул из-за двери герцог. Его голос было хорошо слышно, словно он стоял совсем близко, возможно, прислонился спиной к стене рядом с дверной рамой. - Ты потратила мои деньги и притащила безвкусные шмотки. Мне не понравилось. Потому теперь будешь сидеть дома, - герцог никак не отреагировал на то, что я прислонилась спиной к двери и стала колотить в нее пяткой. Он словно не боялся, что меня кто-то услышит, и вскоре он пояснил причину своего спокойствия: - Сегодня я сделал всем слугам выходной и отпустил в город. Сказал, что целый день проведу с тобой дома, но у меня дела с Натаном, а ты посиди уж одна, рыжик.
- А если я захочу есть? - возмутилась я, шаря глазами по комнате, в поисках того чем можно было бы отпереть дверь. Прыгать со второго этажа решительно не хотелось. Потолки в поместье были очень высокие. Если и не разобьюсь, то покалечусь точно, а тогда явно никуда ходить не смогу и сама засяду в комнате на пару месяцев.