Один из присутствующих с нами в комнате мужчин, осмотрел собравшихся и стукнул в стекло. Следователь коротко кивнул и приступил к допросу. Я слушал вполуха, разглядывая подозреваемого. По его версии выходило, что он просто помешан на рыжих. Ранее он уже был осужден за убийство, но сбежал из тюрьмы, не отсидев срок полностью. Я прошелся до стола с его делом, цапнул одну папку, не особо переживая, что могу мешать кому-то из внимательно наблюдающих за допросом коллег, затем вернулся к своему наблюдательному пункту ближе к двери и пролистал личное дело. Скривился, увидев досье насильника и убийцы, у которого на счету были две девочки. Да, в чем-то дела были похожи. Вот только этот даркти похитил детей, двух сестер из многодетной семьи. Убил их с разницей в несколько дней и спрятал тела в лесу. Его вскоре поймали.
При должном рассмотрении общего между преступлением семилетней давности и современным было лишь то, что жертвы были рыжими даркти, но не больше.
В голове все громче тикали часы, заставляя опасаться, что вскоре выскочит кукушка. Я уже не мог спокойно стоять на месте.
- Как вы выслеживали жертв? - задал новый вопрос следователь.
- Просто замечал их на улицах, - мужик отвечал неохотно, вальяжно, что ещё больше выводило меня из себя. - Они ходили одними и теми же дорогами, это меня провоцировало. Такие хорошенькие, они даже не понимали, как выглядят со стороны.
В конце концов, я не выдержал, и выскочил из наблюдательной.
- Алазар! - послышался окрик Октавиуса, но я уже заходил в допросную. Следователь вскочил с места, а задержанный заткнулся и удивленно уставился на меня неестественно расширенными зрачками. Я подошел к столу, упер в него ладони и задал четкий вопрос:
- На теле каждой жертвы убийца оставлял маленький вырезанный крест над лодыжкой. Зачем вы это делали?
Мужик дернул уголком рта, скосил глаза вправо, а затем так же нервирующие медленно ответил:
- Я помечал их так, чтобы все знали мой почерк. Крест это символ…
- Почему вы допрашиваете его в невменяемом состоянии? - обернулся к ведущему допрос, не дослушав, что хотел поведать мне даркти. Следователь вздрогнул, вытянулся по струнке и отрапортовал:
- Он полностью вменяемый, Ваша Светлость. Это всего лишь легкий транквилизатор. Он был слишком буйным, когда его везли сюда. Действие почти сошло на нет, мы выдержали время.
- Отлично, тогда продолжайте, - саркастично разрешил я и вышел вон, полностью потеряв интерес к происходящему.
- Алазар! - Октавиус схватил меня за руку, которую я тут же выдернул, оборачиваясь к нему. - Куда ты?
- У меня дела, - рыкнул в ответ, не собираясь оправдываться.
- Но допрос…
- Бред.
У меня начало складываться впечатление, что второй инстигатор старается удержать меня на работе как можно дольше. Возможно, это пробуждалась профессиональная паранойя, но по-другому было сложно объяснить то, что маркиз до сих пор настаивал на моем участии. Кем-кем, а идиотом он никогда не был.
- Ты каким местом читал дело? - резче чем стоило осведомился я. - Ты слышал, что он сказал о кресте над лодыжкой?
- Ты сам его не дослушал, - урезонил меня Октавиус.
- Потому что никаких крестов на телах не было! Продолжайте допрос сами, у меня дела!
После этого я все же развернулся и быстрым шагом удалился. Плохое предчувствие вцепилось в меня хваткой тренированной собаки и не желало отпускать.
Едва выпрыгнув из экипажа понял, что опоздал. Калитка приоткрыта, а дверь распахнута настежь. Собаки подвывали, запертые в вольере, а в остальном вокруг царила тишина.
Сердце пропустило удар. Там ведь были слуги и… рыжая! Из-под земли достану, и ее же жрать заставлю виновников, если хоть кто-то из тех, кто был в особняке пострадает!
Тело сорвалось на рефлексы. Залетел в дом, готовый убить любого, кто посмел вторгнуться на территорию моей личной собственности, но тут же замер.
Медовые глаза смотрели на меня так испуганно, что зрение хищника тут же вернулось в норму. Бросился к лежащим на полу девушкам.
- Они живы, - воскликнула Эстель, подхватываясь на ноги и отходя от меня. Руки тут же спрятала за спину. - В них выстрелили сонными капсулами. Через пару часов сами придут в себя.
Я все же недоверчиво перепроверил пульс, и нашел на полу разбитые пустые капсулы.
- Что тут произошло? - спросил, чувствуя как ощущение натянутой струны исчезло. - Где остальные?
- Не знаю, - Эстель замотала головой, а потом ткнула пальцем в сторону столовой. - Тот, кто это сделал - там.
Не мешкая, прошел в указанном направлении. Даркти, чем-то напомнивший того, которого сегодня допрашивали, лежал на полу в неестественной позе, рядом валялся погнутый поднос. Нахмурившись, я присел рядом с телом и поднял отполированное средство для борьбы с убийцами. Удивленно обернулся к жене. Она деловито подобрала с пола свои перчатки и надела их. Заметив вопрос в моих глазах, развела руками:
- Захочешь жить - будешь отбиваться чем придется.
- Ты хочешь сказать, что вырубила вот этого мужика алюминиевым подносом?
- Маньяки нынче уже не те, - горестно вздохнула девушка, чем вызвала у меня ещё больше вопросов, но заговорить она мне не дала, опередив: - Давай сначала отыщем остальных, а затем придумаем куда спрятать тело.
- Чего сделать? - когда я подумал, что удивиться больше невозможно, Эстель как ни в чем не бывало продолжила объяснять свой план:
- Тело нужно спрятать. Может в саду его зарыть или в лес вывезти?
- Но он ведь жив, - я задумчиво ткнул мужика подносом, и вновь взглянул на рыжуху. Ее волосы растрепались, блузка немного съехала, глаза испуганно блестели, при взгляде на мужика, но вид при этом все равно был воинственным и решительным.
Озаренный странной догадкой я даже уселся на пол и повернулся к Эстель, она скрестила руки на груди и снисходительно мне позволила:
- Ну добей его, если живым вывозить не хочешь. У меня в таких делах опыта маловато.
- Ну да, а я Дарктаольский Резник, - фыркнул, стараясь удержать улыбку. - А зачем прятать его тело?
- Ну как… - Эстель растерялась, свела бровки к переносице. - Тебе ведь нельзя сейчас влезать в скандалы. А у тебя вон посреди кухни неженатый мужик валяется. Мало ли что подумает общественность.
Губы все-таки дернулись, но я сохранил отстраненное выражение лица. Рыжая покосилась на застонавшего мужика и отступила на шаг, я остался к несвязным трепыханием равнодушен, наблюдая за женой:
- Ты что, правда, переживаешь за меня?
- За себя больше, - ответила вредная девочка. Мужик зашевелился более уверенно и даже попытался приподняться на локтях, но я лишь дернул рукой. Столовую заполнил звук удара головы о металл, затем той же головы об пол. Я удивленно осмотрел покореженный поднос.
- И что это было? - вопросила Эстель. Я невозмутимо продемонстрировал ей орудие успокоения неженатых мужиков:
- Следственный эксперимент. Проверял можно ли с помощью алюминиевого подноса вырубить взрослого даркти.
После этого я одним движением поднялся с места и прошел на кухню, а из нее в подсобное помещение. Эстель испуганно семенила за мной, но вид при этом делала такой, будто это она меня охраняет. Смешная она все-таки, хоть и вредная.
Остальные слуги нашлись здесь, они так же находились под действием снотворного.
- Расскажи мне все, - попросил жену, когда мы вернулись к телу нарушителя спокойствия. Эстель вздохнула, затем уселась прямо на стол и, мотыляя ножкой, принялась за рассказ. Я едва не прослушал начало, рассматривая ее наряд. Раньше подобного костюма я у девушки не видел, а вот ткань показалась смутно знакомой.
- Когда мы с Маей вернулись домой…