– Ты очень хорошо дралась лазерным мечом со снежными тварями,успокоительно сказал Люк,– и я не почувствовал никакого признака тьмы, как это было на Дагобе.
– Нет,– сказала Каллиста. Голос ее стих почти до шепота..– Я не выпустила ее. – Однако она знала, что тьма черными крыльями раскинулась на границе ее сознания, требуя выхода. Она не позволила, но ох как велико было искушение…
Рассыпавшись ливнем искр перегоревших контуров, система жизнеобеспечения приказала долго жить. Вытягивая компоненты из бесполезных компьютеров, Люк с Каллистой пытались заставить систему снова заработать.
– Только около десяти процентов,– подытожил Люк,– не шибко это нам поможет.
Каллисту пробрала дрожь. Температура в кабине уже начала падать.
– Нам ведь отсюда не уйти, правда? – тихо, с грубой честностью проговорила она.
Люк долгим взглядом посмотрел на нее, затем губы его чуть растянулись в улыбке.
– Не всяким очевидным способом,– сказал он наконец со вздохом,– это лишь означает, что мы должны искать решение, которое не столь очевидно.
Они тщательно осмотрели скафандры, прорванные вампами. Каким-то образом, с помощью нескольких ремонтных комплектов, найденных в мешке, забытом неизвестным механиком с Корусканта, им удалось наладить один из скафандров. Но только один.
За час атмосфера заметно истощилась, и теплом их тел кабину, в которую устремился холод космоса, было не нагреть. Люк пробежал пальцами по грубым, шероховатым заплатам скафандра и взял Каллисту за руку.
– Тебе придется его надеть, Каллиста.
– Я не позволю тебе жертвовать собой,– отказалась она,– как не позволил бы мне ты на "Глазе Палпатина".
Люк прижал ее руку к своей щеке.
– Я и не собираюсь жертвовать собой. Я могу уйти глубоко в транс и замедлить обмен веществ, жизнь будет при этом поддерживаться. Затем мы станем ждать. И надеяться.
Каллиста все еще неохотно глянула на отремонтированный скафандр, затем пристально посмотрела в ясные синие глаза Люка. Как бы ей хотелось прочитать сейчас его мысли, его чувства…
– Может быть, я сумею вступить с кем-нибудь в контакт посредством Силы,– сказал он,– послать мысленное сообщение. Сомневаюсь, чтобы кто-нибудь его прочитал, но мы должны попытаться.
Каллиста медленно натягивала на себя толстую ткань скафандра.
– Да,– сдалась она наконец,– мы должны попытаться. – Перед тем как надеть шлем, она поцеловала Люка.– С тобой все будет хорошо? – полуспросила она.
Он бледно улыбнулся.
– До тех пор, пока ты будешь здесь, чтобы приглядывать за мной.
Синие глаза Люка закрылись, зрачки закатились вверх – он погружался в себя по методу джедаев, входя в глубокий транс, отделявший его стеной от остальной части вселенной.
Каллиста рванулась за ним, но ее хватка успела соскользнуть с Силы прежде, чем она успела дотронуться до своих способностей. Ей не удалось даже начать входить в глубокий транс джедаев, в который перенес себя Люк.
Она глядела на него, сердце ее разрывалось от любви к нему, и с новой энергией пыталась разорвать она в своем сознании молчание Силы. И снова увидала темные тени возможностей, соблазнявших ее легким способом вызвать Силу снова: Перейди на сторону тьмы! – даже если для этого потребуется поддаться злу.
– Нет,– прошептала она себе, хотя знала, что Люка сейчас не потревожит. Уходя от темного выбора, она потратила столько сил, что испугалась быстрого на этот раз возвращения настойчивых теней.
В тихой кабине становилось все холоднее и холоднее. Скафандр сморщился, когда она свернулась рядом с Люком, сохраняя энергию и желая быть рядом с ним.
Он же, казалось, превратился в статую. На щеках осел иней от еле различимого дыхания. Ей отчаянно хотелось дотянуться до его мыслей, разделить с ним усилия по отправке просьбы о помощи, но сознание Люка оставалось для нее закрытым.
Потерпевший крушение корабль тихонько относило к внешним окраинам пояса астероидов, щиты – на минимальной энергии, система жизнеобеспечения не работает, и Каллиста на нем в полной темноте и одиночестве.
В раковине бесформенной Силы, которой он обернул себя и свой разум, Люк Скайуокер сосредоточил все свои мысли в едином луче материального крика через пространство и время. Слова его неслись по линиям Силы, соединяющей все сущее в космосе.
Он вызвал в памяти антенны Облачного Города, висящие над облаками… Ведь он всего лишь позвал тогда, еще не зная правды о сестре, не зная о связи между ними. Сейчас Люк знал, кого просить о помощи.
– Лейя! – воззвал он из далеких окраин астероидного пояса, зов его летел во всех направлениях.– Лейя!.. Лейя!..
39
Измученная постоянным раздражающим напряжением, в котором прошел дипломатический визит в крепость Дурги, еще в придачу выбитая из колеи потрясающей новостью о том, что адмирал Даала все еще жива и готовит нападение на Новую Республику, Лейя молча сидела в своем комфортабельном кресле дипломатического челнока. Хэн уводил его от Нал Хутта, огибая Луну Контрабандистов, правя в открытый космос, где их ждал флот Акбара.
Освободившись от необходимости носить неудобный дипломатический мундир, Хэн снова облачился в свою старую привычную одежду – черный жилет, белая рубаха и темные штаны, видавшие лучшие дни. Лейя тоже была бы не прочь переодеться в удобную одежду, да позабыла упаковать ее, готовясь к неожиданному представлению в мире хаттов.
Рядом Си-3ПиО добросовестно зачитывал составленный им список дел, ожидавших ее по возвращении на Корускант. Его тонкий учтивый голосок обстоятельно напоминал ей одно, другое, третье, о чем она забыла или вовсе не хотела вспоминать, или сознательно игнорировала. И пока Си-3ПиО продолжал с неуемным энтузиазмом перечислять малозначащие мелочи правительственной жизни, Лейя погружалась в беспокойную дремоту. Плавное покачивание дипломатического корабля было как электронный массаж. Мысли ее расплывались. Дыхание стало ровным…
И внезапно – как будто удар копьем… Лейя вытянулась в струнку. Конвульсивная дрожь, мурашки на похолодевшей коже… Дыхание перехватило. Снова прилетела мысль, пронизавшая ее разум.
Лейя…
Лейя!
– Люк? – прошептала она. Си-3ПиО, все еще зачитывавший свой список, наконец заметил, что что-то случилось.
– Хозяйка Лейя, с вами все хорошо?
Хэн живо обернулся с пилотского кресла с выражением беспокойства на лице.
– Лейя, что случилось?
Лейя дрожала и крепче сжимала закрытые глаза. Кончиками пальцев потерла лоб… а голос продолжал эхом звучать в ее черепе, далекая просьба о помощи, без подробностей, лишь повторный призыв:
Лейя!
– Это Люк,– проговорила Лейя,– он попал в беду.
– Ты знаешь, где он? – спросил Хэн. По лицу его было видно, что это не единственный его вопрос, но за годы, проведенные с Лейей, Хэн научился не спрашивать: некоторые тонкости, понятные джедаям, ему в любом случае было не понять. Он по-прежнему с долей подозрения относился к "религиозным фокусам", но, по крайней мере, научился им доверять.
– Нет,– отвечала она.
Эфирный голос Люка исчезал на задворках сознания, но не пропадал совсем, а пульсировал – настойчивый вызов, непрерывный запрос – но ничего более…
– Думаю, что смогу найти его, если посильнее сконцентрируюсь. Мы должны…
– Гляди! – Хэн ткнул пальцем в экран об юра, когда они подошли к флоту Новой Республики, фрегат Веджа, "Йаварис", завис перед ними. У одного из стыковочных доков виднелись знакомые потрепанные формы "Тысячелетнего Сокола".– Должно быть, Чуи с Р2Д2 вернулись.– Хэн развернулся в своем кресле к Лейе.– Как только доберемся до флота, передадим им свои новости о хаттах. Потом можем взять все эти военные корабли и отправиться спасать Люка, а то можем пойти на "Соколе".
– Хорошо,– прикусила губу Лейя.– Не думаю, впрочем, что целый флот поможет. Нам придется торопиться,– она сухо сглотнула.– Нужно обрисовать Акбару все, что узнали об имперской активности. Ему потребуется время – спланировать стратегию.