Снова появилось изображение юноши в белом.
- Отбросьте все страхи, и я покажу вам небольшую часть процедуры перекачки, чтобы, когда настанет время, вы могли с радостью встретить свою судьбу.
Рядом возникло изображение поменьше. Человек. Он сидит, привязанный к креслу. Люк прищурился, вглядываясь. Что за трубки подведены к горлу несчастного? Тот же самый одетый в белое юноша, только совсем маленький - изображение внутри изображения, - придвинул к голове человека блестящую металлическую дугу. Меньшее изображение замерло.
- Вот она - радость, - чистым высоким голосом пропел юноша в белом. - Вот он - мир. И свобода. Это наш дар вам, - он приветственно поднял руку.
Значит, те истребители в каком-то смысле и в самом деле были людьми. Люк стиснул кулаки. Эти сси-рууви не просто порабощали людей - они крали у них души…
Сенатор Гаэриель Каптисон вздрогнула и зябко натянула на плечи теплую голубую шаль.
- Кого он надеется этим обмануть? - прошептала она.
- Они захватили его совсем молодым, - сказал сенатор, сидящий справа от нее. - Взгляните, на него. Он ведет себя как свисток и наверняка даже думает в точности как один из них.
Гаэри дальше смотреть не стала. Она видела эту запись раз десять, начиная с того дня, когда та внезапно появилась на всех голоэкранах и видеомониторах планеты. Сенат изучил и разобрал ее по косточкам, пытаясь вникнуть в смысл и обнаружить хоть какой-то проблеск надежды. Единственный вывод, который был сделан, - или изгнать чужих, или принять ужасную судьбу.
Значит, повстанцы здесь, чтобы помочь им, так они утверждают? А может, их тоже интересует топливо для двигателей? Тогда они оказались в ловушке вместе с бакурианами. Теперь у них нет другого выхода, кроме как в самом деле помочь Бакуре, потому что это единственный способ спастись самим.
Гаэри перевела взгляд на делегатов. Сенатор и принцесса Лейя Органа примерно того же возраста, что и она сама. Вся Империя знает, что принцесса - одна из главных зачинщиц у повстанцев. Может быть, просто идеалистка, растрачивающая свои силы в борьбе с призраками? Вроде Эппи Белден, какой та была, когда имела и силы, и разум, только, в отличие от нее, сумевшая подняться до положения лидера. Интересно было бы поговорить с ней.
Темноволосый спутник принцессы, тот, что не поклонился, когда его представляли. Этот человек явно начисто лишен идеализма. Он наблюдал за всем и за всеми, особенно усердно шаря взглядом по тому отрезку зала, который отделял их от выхода. В самый последний момент губернатор Нереус передал дяде Йоргу файлы на прибывших, и там об этом Соло было сказано, что он контрабандист с весьма сомнительным прошлым, преступник, на совести которого немало крови.
А вот о светловолосом спутнике Лейи в этих файлах не было ни слова. Его окружала аура такого глубокого спокойствия, что оно завораживало. Когда Дев Сибварра завел песню о радостях перекачки, молодой человек наклонился вперед, чтобы лучше видеть, но при этом умудрился держаться все так же прямо.
Услышав заливистое щебетание, Гаэри снова переключилась на голограмму. Изображение сменилось: зрителям предстал один из сси-руук, крупный прямостоящий ящер с черной выпуклостью в форме клина на физиономии и цепким взглядом темных глаз.
- Это господин Фирвиррунг, который неизменно и бесконечно добр ко мне. - Теперь в голосе Дева был явственно слышен акцент языка сси-рууви, придыхание, присвистывание, тщательно отработанное повышение-понижение тона…
Сенатор рядом с Гаэри пробормотал:
- Проклятые свистки!
- Теперь я прощаюсь с вами, но буду с нетерпением ожидать встречи с каждым из вас лично. Это произойдет очень скоро, друзья мои.
Изображение замигало. Оно таяло, а сладкий голос с акцентом сси-рууви договаривал последние слова человеческой речи.
Теперь, когда стало ясно, что именно сси-руук делают со своими пленниками, лицо принцессы Лейи приобрело примерно такой же цвет, как ее платье. Она дотронулась до руки контрабандиста, и Соло наклонил голову, вслушиваясь в ее шепот. Внезапно у Гаэри мелькнула догадка, что он приходится ей супругом, или как там это называется у повстанцев. Второй мужчина, тот, что помоложе, медленно обвел взглядом собравшихся в зале. Гаэри решила, что настало время вмешаться.
- Видите? - сказала она, не поднимаясь. - У нас нет ни должного опыта, ни возможности защититься. Мы бессильны перед лицом этой угрозы.
Светловолосый молодой человек кивнул ей. Чувствовалось, что он понимает, в каком затруднительном положении они оказались.
- Позвольте мне высказать свое мнение, - внезапно громко, на весь зал, заявил золотистый дроид. - С моей точки зрения, это в высшей степени устрашающее зрелище. Любое механическое устройство, какого бы происхождения и назначения оно ни было, будет шокировано столь ужасным проявлением…
Сенаторы негодующе засвистели, и дроид смолк. Лейя бросила на него короткий взгляд, спустилась еще на одну ступеньку вниз и горячо воскликнула:
- Бакуриане, я понимаю, что ваше отношение к дроидам неоднозначно. Однако позвольте я расскажу вам свою историю, - принцесса повстанцев классическим жестом лектора подняла руку. - Мой отец, Бэйл Органа, был вице-королем и первым правителем системы Алдераан, где он представлял Старую Республику со времени Войны Клонов.
Сенат слушал.
- Когда сенатор Палпатин объявил себя Императором, мой отец начал бороться за реформирование системы. Однако все его усилия пошли прахом. Империя никогда не была заинтересована в реформах, стремясь лишь к власти и богатству.