Выбрать главу

На экране компьютера в его руке и бормотанием за его плечом: «Я стала тьмой джунглей».

А запись продолжалась. И продолжалась,

Ее шепот опустошил, забрал из него все: эмоции, силы, даже мысли. Чем дольше она бормотала, тем опустошеннеи он становился. Но последние слова все равно вызвали резкую боль у него в груди.

Она обращалась к нему…

«Я знаю, ты придешь ко мне, Мейс Тебе не следовало посылать меня сюда. А мне не следовало приезжать. Но что сделано, не изменить. Я знаю, ты считаешь меня сумасшедшей. Но это не так. Со мной случилась вещь гораздо более страшная.

Я теперь в здравом уме.

Вот почему ты придешь, Мейс. Вот почему ты обязан будешь прийти.

Потому что нет ничего опаснее джедая в здравом уме.

Ее голос потонул в гомоне джунглей. Никто не пошевелился. Никто не заговорил. Мейс сидел со сплетенными пальцами, поддерживающими подбородок. Йода с закрытыми глазами и губами, изогнувшимися от внутренней боли, откинулся в кресле. Мрачный взгляд Палпатина был устремлен куда-то сквозь голографические джунгли, словно за ними он видел нечто реальное.

– Это… ээ-э… все, что там было, - агент неуверенно протянул руку к проектору и нажал какую-то кнопку. Джунгли исчезли, как дурной сон.

Все зашевелились, приходя в себя, рефлекторно оправляя одежду. Кабинет Палпатина теперь выглядел нереально: будто чистый пол, прямые линии мебели, очищенный воздух и вид Корусканта сквозь огромные окна были лишь голографическими проекциями, а они все по-прежнему сидели в джунглях.

Будто только джунгли и были реальными. Мейс заговорил первым:

– Она права, - он наконец, поднял свою голову. - Я должен отправиться за ней. Один.

Брови Палпатина изогнулись:

– Это кажется… немудрым.

– С Верховным канцлером я соглашусь, - медленно проговорил Йода. - Для тебя великой опасностью это будет. Слишком ценен ты. Кого-нибудь другого нам следует послать.

– Никто более не сможет с этим справиться.

– Неужели, мастер Винду? - улыбка Палпатина была вежливо-недоверчивой. - Отряд спецназа Республиканской разведки или даже группа джедаев…

– Нет, - Мейс встал и распрямил плечи. - Это должен быть я.

– Пожалуйста, мы все понимаем вашу озабоченность состоянием вашей бывшей ученицы, мастер Винду, но ведь…

– Аргументы нужны нам, Верховный канцлер, - произнес Иода, - выслушать их следует нам.

Даже Палпатин осознал, что с мастером Йодой не спорят.

Мейс постарался облечь свою уверенность в слова. С этим могли возникнуть сложности: такова одна из граней его особого дара восприятия. Некоторые веши столь понятны для него, что их действительно сложно объяснить: столь же сложно объяснить, откуда ты знаешь, что на улице идет дождь, когда сам стоишь в центре грозы.

– Если Депа… сошла с ума или, что еще хуже, перешла на темную сторону, - начал он, - джедаи должны узнать, почему. Обязаны узнать, что послужило причиной. До тех пор пока мы не узнаем этого, ни один джедай не должен отправляться на схожие задания, за исключением случаев полной необходимости. Также все это может быть подделкой: умышленной попыткой очернить ее. Этот внешний шум записи, - Мейс посмотрел на агента. - Если бы ее голос бы подделан, синтезирован, допустим, на компьютере, этот шум мог быть специально добавлен для того, чтобы скрыть следы обмана, не так ли? Агент кивнул:

– Но зачем кому-то подставлять ее? Мейс отмахнулся от этого:

– В любом случае ее надо вернуть. И как можно быстрее. До того как слухи о резне распространятся по Галактике. Даже если она ничего такого не делала, связь ее имени с подобными преступлениями - угроза общественному доверию джедаям. Она должна ответить по всем обвинениям до того, как они будут публично выдвинуты.

– Согласен, ее надо вернуть, - подтвердил Палпатин. - Но по-прежнему остается вопрос, почему выл

– Потому что она может не захотеть возвращаться. Казалось, Палпатин задумался.

Йода распрямился, открыл глаза и внимательно посмотрел на Верховного канцлера:

– Если преступницей она стала… найти ее будет сложно. А арестовывать ее, - голос его стал почти неслышим, словно слова причиняли ему боль, - опасно.

– Депа была моим падаваном, - Мейс отошел от стола и уставился на мерцающий закат, что постепенно скрывал в темноте городской ландшафт. - Связь между учителем и палаваном… очень сильна. Никто не знает Дену лучше меня, и джунгли Харуун-Кэла я знаю лучше любого другого джедая. Я единственный смогу найти ее, если она не захочет, чтобы ее нашли. И если ее надо будет… - он сглотнул и уставился на диск света, отражавшийся от одного из орбитальных зеркал. - Если ее надо будет… остановить, - растягивая слова, произнес он, - я, возможно, окажусь единственным, кто сможет это сделать.

Брови Палпатина явно выразили вежливое недоумение.

Мейс сделал глубокий вдох и снова поймал себя на том, что смотрит на собственные руки, смотрит сквозь руки, смотрит на картину в памяти, четкую, словно сон: световой меч против светового меча в тренировочных залах Храма, зеленое лезвие Депы, кажется, приходит отовсюду одновременно.

Он не мог изменить того, что сделал.

Вторых шансов не существует.

Ее голос отдавался в нем: «Нет ничего опаснее джедая в здравом уме»…

Но сказал он лишь:

– Она мастер ваапада.

В воспоследовавшей тишине он изучал сгибы и морщины своих переплетенных пальцев, собрав все свое внимание на чем-то внешнем, чтобы удержать - на привязи темные призраки-фантазии с лезвием Депы, устремляющимся навстречу шеям джедаев.

– Ваапад? - внезапно повторил Палпатин. Возможно, ему просто надоело ждать чьего-то объяснения. - Это ведь, кажется, какое-то животное.

– Хищник с Сарапина, - серьезно проговорил Йода. - А также прозвище, учениками данное седьмой форме владения световым мечом.

– Хм-м… Я слышал, что существует лишь шесть.

– Шесть их было на протяжении многих поколений джедаев. Седьмая… не слишком хороша изучена. Мощная форма это. Самая опасная… Но опасна она не только для оппонента, но и для того, кто пользуется ей. Мало кто смог освоить ее. Лишь один ученик настоящим мастером стал.

– Но если она единственный мастер, а этот стиль столь опасен, что заставляет вас думать…

– Она не единственный мастер, сэр, - Мейс поднял свою голову и встретил нахмуренный взгляд Палпатина. - Она моя единственная ученица, ставшая мастером.

– Ваша единственная ученица» - повторил Палпатин.

– Я не изучал ваапад, - Мейс позволил рукам опуститься по бокам. - Я создал его.

Брови Палпатина задумчиво сдвинулись:

– Да, кажется, теперь я припоминаю: выдержка в вашем отчете о предательстве мастера Сора Булка. Вы ведь и его обучали, не так ли? Он ведь тоже, кажется, был мастером этого вашего ваапада?

– Сора Булк не был моим учеником.

– Вашим… коллегой, быть может?

– И он не покорил ваапад, - глухо сказал Мейс. - Ваапад покорил его.

– А-а, понимаю…

– При всем моем уважении, сэр, не думаю, что понимаете.

– Я вижу достаточно для того, чтобы немного волноваться, - теплота улыбки Палпатина легко загладила прозвучавшее оскорбление. - Вы утверждаете, что отношения между мастером и падаваном сильны, и я вам верю. Когда вы столкнулись с Дуку на Джеонозисе…

– Я бы предпочел, - мягко произнес Мейс, - не говорить о Джеонозисе, канцлер.

– Депа Биллаба была вашим иадаваном. И, возможно, она до сих пор ваш самый близкий друг, не так ли? Если ее надо будет убить, уверены ли вы в том, что сможете нанести удар?

Мейс посмотрел на пол, на Иоду, на агента, и, наконец, ему вновь пришлось встретиться с глазами Палпа-тина. Не Палпатин с Набу задавал этот вопрос, но Верховный канцлер. Сам пост его требовал ответа.

– Надеюсь, Сила сделает так, - медленно проговорил Мейс, - что мне не придется узнать ответ на этот вопрос.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ЧЕЛОВЕК В ДЖУНГЛЯХ

ГЛАВА 1

ВНИЗ ПО СПИРАЛИ

Сквозь искривленный транспаристил Харуун-Кэл внизу казался одной сплошной стеной облаков, подпираемой горами. Создавалось ощущение, что до нее можно дотронуться. Шаттл медленно спускался вниз по спирали к поверхности: вскоре он действительно дотронется до нее.