"Ответный удар" выскочил в обычное пространство, свалившись прямо на голову "Шансу". Вперед ринулись, непрерывно обстреливая корвет, первые два звена. "Скала-четыре" взорвался, получив прямое попадание из спаренного турболазерного орудия "Шанса". Зеленые разрывы превратили его кокпит в раскрывшийся бутон, и лепестки этого цветка разлетелись по космосу. Затем рванул ионный движок истребителя, и вслед за обломками кокпита полетели три "когтя". Остальные орудия "Шанса" заполнили все пространство вокруг корвета сгустками энергии, но "Скала-четыре" оказался единственной жертвой артиллерии "Шанса", прежде чем мы навсегда заткнули ее.
Шесть "колесников", несших боевое дежурство по охране "Шанса", сделали огромную ошибку - они не смылись сразу же, как увидели нас. ДИшка состояла из круглого кокпита ДИ-истребителя, усаженного на фюзеляж и двигатели "костыля". Это летающее недоразумение заслужило свою кличку "уродец", хотя мы в Разбойном эскадроне называли их "ТУшками". Неуклюжие и неповоротливые, они напоминали диких нерфов, на которых напала стая таопари. Они не продержались и пяти минут, хотя все могло закончиться гораздо раньше. Я смотрел на это избиение младенцев и не мог не расстраиваться, потому что мои новые товарищи по эскадрилье раз за разом "мазали", упуская возможность нанести точный удар, и двое из них расплатились за это своими жизнями.
"Вибронож", быстроходный челнок-попрыгунчик, который мы взяли с собой, уже направился к "Шансу", когда в сектор вошло еще одно судно - частная яхта. Это не было для нас сюрпризом - я не знал, где мы находимся, но в этом районе полно планет, и маршруты между ними строго лимитированы. Сюрпризом для нас явилось то, что вместе с яхтой летели шесть "охотников за головами", оснащенные гипердрайвом. Мы им явно не понравились, и если яхта сразу же развернулась и дала полный вперед (точнее назад), "охотники" выстроились в боевой порядок и налетели на нас, паля из строенных бластеров.
Я не стал дожидаться приказов.
- Десятый, за мной,- крикнул я в комлинк и дал полный вперед. "Коготь" рванул с места. Я дважды перевернулся через крыло и устремился на "охотников". Двое отделились от строя и пошли мне навстречу. Крутанув большим пальцем селектор оружия, я выбрал ионные пушки, немного вильнул из сторону в сторону, показывая остальным пилотам свой фланг, затем выровнял "коготь" и нажал на гашетку.
Синий ионный разряд угодил в левую плоскость ведущего "охотника". Лазурная молния вспыхнула на его переднем щите, гася удар. Щит не был пробит, но яркая вспышка помешала - ослепила пилота и не дала ему прицелиться. Его ответные выстрелы пролетели далеко от моего истребителя, а пока он проморгался, мы уже разошлись.
Кает занялась вторым "охотником за головами". Ее залп из спаренного лазера впился "охотнику" в нос, разрывая щит. Блеснула яркая вспышка. Хотя у меня за спиной не было Свистуна, который не преминул бы объяснить мне, что произошло, я догадался сам, потому что хорошо знал расположение узлов "охотника за головами". Бедняга лишился своего боевого сенсора. Пилот фактически ослеп, а в таком бою слепой летчик - это мертвый летчик. Если, конечно, ты не родился на Кореллии и твоя фамилия не Антиллес.
Я пальнул для острастки по другому "охотнику", затем сбросил скорость и ринулся вниз. Увеличив скорость сначала до половины, затем - до полной, я завершил полукольцо "мертвой петли" и, крутанув быструю правую бочку, снова бросил "коготь" в бой. Я оказался на хвосте у "охотника", который гнался за "одиннадцатым". Не раздумывая, я влепил ему в жо… простите, в задний дефлекторный щит два ионных выстрела. Первый пробил дефлектор, а второй скользнул по фюзеляжу. Из-под обтекателей, прикрывавших двигатель, вырвались искры. Если только пилоту не удастся запустить движок снова, ему хана.
Вспышки огня справа! Золотисто-красные. Это кто-то достал меня из бластера. Я двинул ногой по правой педали руля направления, уводя свой хвост из-под линии атаки "охотника". Следующие выстрелы, будь вокруг меня атмосфера, обязательно просвистели бы слева по борту, но кругом был вакуум, и они пролетели беззвучно. Я завалился на правое крыло, нырнул вниз и закрутил длинную петлю. Выравнивая свой "исТРИбитель", а заметил, что на Кает летит другой "охотник". Круто переложив влево, я развернулся почти на месте и снес ему левую плоскость метким выстрелом.
Его бластер на левом борту взорвался, и корабль завертелся, из чего я сделал вывод, что у него еще и вышли из строя маневровые двигатели на этой стороне. Я перевернулся на правое крыло и хотел уже добить его, но на тактическом экране появился еще один "охотник", который летел прямо на меня. Отчего-то мне показалось, что это был тот парень, который уже атаковал меня раньше. Я замедлил свое вращение и показал ему свое брюхо, затем дернул рычаг управления и нырнул вниз. Он крутанулся и пошел вслед за ним. "Попался, дурачок",- подумал я.
Я сбросил скорость до тридцати процентов, затем врубил реверс, гася инерцию. Зависнув ровно на три секунды, я снова стал набирать скорость. Пока я так забавлялся, мой друг-"охотник" пролетел мимо и подставил мне свою корму. Первый выстрел пришелся в его задний дефлектор. Он рванул направо, поэтому мне пришлось набрать высоту, перевернуться и снова зайти ему в хвост.
Мимо пронеслась Кает и влепила в "охотника за головами" два выстрела из бластера. Один прожег ему кормовой щит, а второй проделал дыру в правом крыле. Его движения стали замедленными и неуверенными - маневровые на поврежденной плоскости не компенсировали тягу с противоположной стороны. Пилот не стал выпендриваться и просто дал деру. Даже у подбитого "охотника за головами" хватило скорости, чтобы удрать от моего "когтя".