— Вы знали о контракте, который Пил предложил Брэйсу, не так ли?
Дандас снял очки и потер их о свитер.
— Миллион долларов, длинный отпуск, лимузин, свободные понедельники…
— Не хочу показаться невежливым, но мне необходимо проверить эти работы. — Дандас показал на стопку тетрадей.
Кенникот не поддался на этот маневр.
— Пил сказал, что Брэйс хотел подписать контракт, но дело оказалось в Кэтрин. Похоже, у нее было много проблем.
Дандас поморщился. Он уже не выглядел молодым.
— Пил сказал, Кэтрин хотела стать радиопродюсером, так?
Дандас прекратил заниматься чайником и напоминал сейчас сдувшийся шарик.
«Пора наносить решающий удар», — подумал Кенникот.
— Пил сказал, она репетировала с неким «приятелем» в его домашней студии. По этой причине в декабре, когда детектив Грин поинтересовался, бывала ли Кэтрин когда-нибудь у вас дома, вы неожиданно прервали беседу. — Кенникот ужесточил тон. — Не так ли, Дандас?
Дандас поджал губы.
— Я проверил архивы «Рассвету навстречу», — продолжил Кенникот. — В апреле прошлого года Брэйс минут двадцать расспрашивал вас о вашей домашней радиостудии, так?
Дандас нервно обхватил чайную чашку.
— Да, — наконец произнес он.
«Отлично, — молча порадовался Кенникот. — Вот мы и заговорили».
Дандас взял заварочный чайник и стал наливать чай, подставив ложечку, чтобы он не стекал по носику.
— Так все и началось. Поначалу вы давали Торн уроки радиомастерства…
Рука Дандаса дрогнула, и чай пролился через край чашки в блюдце. Он нервно выдохнул.
— Не секрет, что у меня домашняя студия. Раз в семестр я привожу туда учеников.
«Еще лучше, — отметил про себя Кенникот. — Дандас уже заговорил законченными фразами, однако ушел от прямого ответа».
— Послушайте, Дандас. Посмотрев видеопленки вестибюля дома, я понял, что Кэтрин жила по достаточно жесткому распорядку. По вторникам, средам и пятницам она выходила из дома в районе десяти и к одиннадцати приезжала на урок верховой езды. Однако по четвергам уходила куда-то в восемь.
— Вам интересно, куда она уходила? — вырвалось у Дандаса.
— Мы оба это знаем, не так ли? Я проверил график радиопрограмм… Четверг — единственный день, когда вы не ассистировали Брэйсу.
Дандас выронил металлическую ложку, и она звякнула, ударившись о край блюдца.
— Это не то, что вы думаете, — пробормотал он.
«Это не то, что вы думаете…» Кенникот вспомнил, что Пил выразился точно так же.
— А что я думаю?
— У меня ничего не было с Кэтрин.
Дандас встретился взглядом с Кенникотом и, впервые с тех пор как сел за стол, не отвел глаза. Кенникоту были видны морщинки вокруг них, обычно незаметные благодаря его светлой коже. Он как-то прочел, что по «гусиным лапкам» в уголках глаз карнавальные гадалки определяли возраст людей. Ему стало понятно почему. При ближайшем рассмотрении Дандас выглядел усталым, напуганным и уже не таким молодым.
— Знаете, после того как вы ушли, прервав нашу беседу, детектив Грин сообщил, что за все годы его работы в отделе по расследованию убийств так поступили лишь четверо. И угадайте, что с ними произошло?
— Почему бы вам просто не сказать мне…
— Все четверо впоследствии стали обвиняемыми и осужденными.
— Я что — попал в число подозреваемых?
— Близки к этому. Вы спали с женой своего босса и…
— Прекратите! — воскликнул Дандас выпрямляясь. — Я уже сказал: у меня с ней ничего не было. Правда. Если хотите, можете проверить меня на одной из этих ваших машин.
— И чем же вы там вдвоем занимались? Чаи распивали?
— Нет! — резко ответил Дандас.
Он разозлился. Закрыв глаза, явно взвешивал, стоит ли говорить. Кенникот представлял, как он впоследствии объясняет адвокату: «Вы не понимаете — у меня не было выбора».
Дандас поднял чашку и сделал долгий глоток. Кенникот ждал.
— Хорошо… — наконец произнес он. — Мы виделись по четвергам утром.
— Зачем?
— У Кэтрин были проблемы. Основная заключалась в отсутствии уверенности в себе. Ей была нужна работа.
Дандас вновь попытался поднести чашку к губам, но у него дрожали руки. Он посмотрел на Кенникота как человек, переставший сопротивляться воле судьбы.
— Я знал про контракт, — быстро заговорил Дандас, словно только так и мог совладать с неловкостью. — Кевин попросил порепетировать с Кэтрин в порядке личного одолжения. Это была его идея.
Абсолютно то же самое утверждал коротышка Пил. Брэйс был в курсе их встреч. Кенникот решил изменить тактику. Стать добрым. Понимающим.