– Иногда даже самые незначительные поступки могут привести нас к Тёмной стороне Силы, – рассказывал Врук. – Джедаи проходят испытание, чтобы показать, что готовы сделать правильный выбор. Совет направил тебя на суд для того, чтобы убедиться в твоей готовности принимать решения без чувств и руководствуясь разумом.
– Сам суд – это не слишком сложное испытание, если говорить о встрече с тёмной стороной. Однако я не решился взять в руки голокрон.
– Верно. Вандар предсказал нечто тёмное в поместье Мэнтелл, – согласился Врук, но это будто нисколько не убедило его. – В том месте, где обучался я, к испытанию подходили более серьезно.
– Что ты хочешь этим сказать? – поинтересовался я.
– Для того чтобы пройти испытание, джедай должен встретиться с тьмой внутри себя. Спуститься в самое тёмное место на планете, ощутить на себе всю глубину тьмы.
Мы вышли на вершину, и внизу перед нашим взором открылся огромный разрушенный комплекс – это был храм. Тёмные стены его были исписаны ракатанскими письменами.
– Ты всегда знал, где находиться Храм, – произнёс я.
– Верно, – ответил Врук и слегка улыбнулся.
– Знаешь, – я поглядел на него, – вот, что я понял из твоих слов. Ты прав, часто бывает, что свет скрывается за тьмой и наоборот. В этих слова есть истина. Я сам видел, как тот, кто пытается быть светлым снаружи, оказывается тёмным внутри. Что ещё я понял… Стоит личине исчезнуть, как всё становится ясно.
– Так действуют ситхи, – ответил Врук.
– Многие падшие джедаи изначально прикрывались светлыми идеалами о мире и порядке, хотя на самом деле в них не было ничего от света. Они были ситхами или даже хуже их – лицемерами, – я внимательно следил за реакциями Врука. – Ты хорошо знаешь: поместье Дреев, именно ты возглавлял штурм. Те джедаи, убившие своих падаванов, они думали, что принесут мир в Галактику, но ошиблись. Каков был их выбор?
– Они ошиблись, поэтому будущее в видениях может быть слишком переменчивым, – спокойно ответил Врук, но я почувствовал, что он теряет концентрацию.
– Может случиться так, что очередной джедай посчитает свои поступки слишком правыми, – добавил я.
Врук поморщился, он понял, что я намекаю на него.
⠀
Дальше мы спустились к Храму. Огромные врата, уходящие в землю, преграждали нам путь. Врук подошёл к ним и сделал несколько движений на древнем пульте управления. В ответ раздался голос – это был язык давно вымершей расы раката. Врата открылись.
Молча мы вошли внутрь. Тёмные залы окутывал туман и его белые, тянущиеся к нам пальцы стали завиваться вокруг наших ног. Я внимательно наблюдал за Вруком, он уверенно шёл вперёд. Похоже, что ему давным давно было известно месторасположение карты.
Мы шли вглубь темных коридоров, откуда-то доносился слабый свет, показывающий нам дорогу. В полутьме я чувствовал присутствие тёмной стороны Силы, она будто подзывала к себе.
Ещё одни ворота отворились перед нами, и жуткий голос что-то произнёс на ракатанском. За ними открылись точно такие же ворота.
В конце длинного просторного зала находился конусообразный предмет с тремя лепестками, смотрящими вверх. Это была Звездная карта.
– Это она, – произнёс я.
Врук усмехнулся.
– Верно, Джейкоб, – подтвердил он со странным сарказмом в голосе.
Мы подошли ближе и карта раскрылась перед нами, лепестки опустились разные стороны. В центре карты оказался золотистый шар, из которого высветилась голограмма, изображающая созвездия Галактики. Пять точек горели наиболее ярко, это были планеты: Дантуин, Кашиик, Коррибан, Манаан и Татуин.
– Мы обыскали все эти планеты, – пояснил Врук, – расположение храма известно Ордену уже очень давно. Ещё Водо-Сиоск Баас нашёл его. Используя Силу, мы скрыли его от чужих глаз. С тех пор планеты, указанные на карте, не раз исследовались, но ничего. Если Ревану и Малаку было что-то известно, то они явно знали больше, чем мы, иначе бы они не смогли найти Звёздную кузницу.
Слова Врука стали для меня неожиданностью.
– Но… Ведь… – начал было я, но затем увидел, как взгляд Врука изменился.
Я отступил на два шага.
– Я не позволю пакостить тебе, Джейкоб, – он выплюнул моё имя и стал наступать на меня.
– О чём ты?
Его ухмылка стала выглядеть зловещей.