Сэнди забралась на приставную лестницу и постучала в окно Герты их условным стуком. А потом еще раз. И еще раз. Сэнди повторяла условный сигнал настойчиво, но тихо, потому что ей совершенно не хотелось разбудить кого-то, кроме Герты. Наконец, пару минут спустя из комнаты раздался звук снимаемой с окна задвижки, и ставни открылись.
- Сэнди?.. - заспанное лицо Герты выглядело удивлённым. - Что ты здесь...
- Можешь меня впустить? Но только тихо, чтобы никого не разбудить. Есть важный разговор.
Герта, естественно, не подвела – она тихо спустилась вниз, открыла Сэнди кухонную дверь и провела ее наверх. И, не успев еще дослушать ее сбивчивый рассказ о мачехе, дала Сэнди ночную рубашку.
- Надевай и залезай в мою постель. Ты вся дрожишь. Подоткни одеяло, а потом рассказывай…
Ночное совещание продолжалось до тех пор, пока снаружи окончательно не посветлело. Герта одобрила идею Сэнди – не вмешивать в это дело Братство, а спасать отца самой. И ничего не говорить Петеру с Мартой. То есть – совсем ничего им не сказать было нельзя, надо же было как-то объяснить внезапное появление в доме Сэнди. Но они с Гертой условились сказать, что Сэнди захотела погостить у крестных и упросила возвращавшегося с праздника отца, чтобы Бен не ехал сразу к городским воротам, а сперва завез ее сюда. Но когда они добрались до дома Марты, там все уже спали – кроме одной Герты, которая, разумеется, сказала Бену, что ее родные будут только рады, если Сэнди на несколько дней останется у них, и уложила её в своей комнате. Версия была так себе, поскольку Бен никогда в жизни не повез бы Сэнди к крестным среди ночи, как бы она его ни просила – он бы посчитал это невежливым, и был бы совершенно прав. Но, раз уж Сэнди находилась у них дома, то такое объяснение покажется Петеру с Мартой куда более естественным, чем всякое другое. Им просто не придет в голову, что Сэнди могла убежать из дома – с какой стати ей оттуда убегать?..
Все остальное Герта с Сэнди решили обсудить утром, на свежую голову. И, кое-как устроившись в кровати Герты – в детстве они часто спали на ней вместе, но сейчас кровать определенно стала тесноватой – мгновенно заснули.
Гильом пожелал узнать, с чего Адриан собирается начать свои поиски, и принцу пришлось сказать, что никакого внятного плана у него нет. Он собирался просто возвратиться на то место, где совсем недавно исчезла карета незнакомки, сойти с дороги в лес и двигаться вперед наугад, надеясь, что серебряная туфелька действительно хранит в себе частицу капризной эльфийской магии. Если предположить, что эта магия стремится вырваться из чуждой и враждебной любым чарам человеческой реальности в привычный мир, то можно допустить, что с ее помощью ему удастся пересечь незримую границу, отделяющую Подлунную страну от человеческого мира.
Произнеся все это вслух, Адриан осознал, насколько глупо это все звучит, и приготовился к тому, что сэр Гильом поднимет его на смех, но Орси, к его большому удивлению, кивнул:
- Исходя из того, что мне известно о Полуночной стране, это, действительно, может сработать. Попытайтесь… Я провожу вас до места, где вы в последний раз видели эту коляску. Нет, Ваше высочество, это не обсуждается, - сказал Гильом, заметив, что принц хочет возразить. – Во-первых, мне придется завтра – то есть, собственно, уже сегодня утром – рассказывать о всем случившемся Его величеству. А я предпочитаю говорить о том, что видел своими глазами, а не просто знаю с чужих слов. А во-вторых, скажите, как вы собирались поступить с вашим конем? Оставить его посреди дороги, привязать к какому-нибудь дереву или, может, тащить его за собой через валежник, овраги и бурелом?
Адриан прикусил губу. Лес вдоль дороги, по которой он скакал за незнакомкой, в самом деле плохо подходил для путешествия верхом. А привязывать бедного коня к какому-нибудь дереву, когда не знаешь, куда ты идешь и когда сумеешь вернуться – вообще идиотизм. Но оставалось совершенно непонятным, почему Гильом, даже не видя того места, где пропали лошадь и коляска, сразу же сообразил, что Адриану придется идти пешком – а вот ему такая мысль даже не пришла в голову.
Гильом взглянул на принца и пожал плечами.
- Это называется «опыт», Адриан. Вы даже не представляете, сколько различных глупостей я сделал в первые годы службы Братству… и, предупреждая ваш вопрос – нет, я не собираюсь вам о них рассказывать. Ни сейчас, ни «когда-нибудь потом»… Я возьму вашу лошадь и верну ее обратно на конюшню. А вы сможете заняться поиском пути в Подлунный мир. В большинстве известных мне случаев люди пересекали границу между нашими мирами незаметно для себя и совершенно не желая этого. Причем, как правило, они даже не сознавали, что они находятся уже не здесь, а там, и понимали это только в тот момент, когда нос к носу сталкивались с эльфами. Но, может быть, вам повезет, и с помощью вашего талисмана, - Орси прикоснулся к туфельке, которую Адриан до сих пор держал в руках, - вы в самом деле сможете попасть в мир эльфов добровольно и сознательно.