Впрочем, при первых же ее словах Бен начал понимать, что разговор будет гораздо более серьезным, чем ему в начале показалось, и лицо его приобрело серьезное и настороженное выражение, которое вскоре сменилось изумлением – и ужасом.
Когда Сэнди закончила, Бен еще несколько минут сидел молча, безвольно уронив руки на колени и глядя куда-то вглубь себя. Казалось, его лицо осунулось и постарело за то время, пока он слушал рассказ дочери. Он не подверг ее слова сомнению и только пару раз задавал какие-то уточняющие вопросы, а все остальное время сидел молча – но казалось, что за это время из него как будто вытекла вся жизнь.
- А девочки?.. Они тоже все знали?.. – спросил он в конце концов.
Сэнди задумчиво потерла кончик носа, не зная, как правильно ответить на такой вопрос.
- Может быть, они и не знали, что их мать на самом деле – ведьма, которая подчинила твою волю с помощью заклятия, - с сомнением произнесла она, в конце концов. – Но они не могли не замечать, как она со мной обращается, и сами вели себя не лучше.
- Да, правда… - согласился Бен. И поднял на Сэнди измученный взгляд – Прости меня, доченька… Если бы я не стал им помогать, то ничего бы не случилось, и тебе бы не пришлось столько страдать из-за меня. Подумать только – что я сделал с нашей жизнью…
- Ты чего!.. – вскинулась Сэнди, чувствуя, что ее сердце болезненно сжалось. – Ты не должен ни за что просить прощения! Если бы ты тогда не стал им помогать, то, может, ничего и не случилось бы – но тогда ты точно не был бы тем человеком, которого я люблю больше всего на свете и которым я горжусь.
«А еще – если бы все это не случилось, то я никогда не встретила бы Адриана» - мысленно добавила она, но вслух этого не сказала, потому что сейчас было не время и не место посвящать отца в свои сердечные дела.
- Надо закончить с этим делом, - сказала Сэнди в конце концов, надеясь вывести отца из охватившего его оцепенения. – Теперь, когда заклятие Одной Судьбы больше не действует, любой из странствующих рыцарей сможет покончить с ведьмой.
Лицо Бена стало жестким.
- Нет. Я должен сделать это сам, - решительно возразил он.
Сэнди ничуть не удивилась – она с самого начала знала, что он так и скажет, и гордилась тем, что не ошиблась в нем.
- Хорошо, папа. Я тоже считаю, что мы должны разобраться с этим делом сами. Но одному тебе не справиться. Мы с Адрианом будем тебе помогать.
Бен, разумеется, тут же насупил брови.
- Я уж не знаю, с какой стати твой приятель хочет в этом поучаствовать, но тебя я туда уж точно не пущу!..
Однако Сэнди, слабо улыбнувшись, покачала головой.
- Меня отправила сражаться с ведьмой сама Королева Фей. И если уж мы с Адрианом смогли побывать в Подлунном мире и вернуться целыми и невредимыми, то ты уж точно нас не остановишь. Так что лучше тебе сразу примириться с тем, что мы должны быть заодно.
- Сэнди права, - вмешался Адриан. – В конце концов, если бы не она, у нас бы ничего не получилось, а ведьма до сих пор бы заправляла всем в вашей семье. Я, вообще-то, тоже не гожусь для роли странствующего рыцаря… но, если мы действительно хотим победить эту ведьму, мы должны поддерживать и защищать друг друга, а не вести себя так, как будто кто-нибудь из нас беспомощен и не способен помочь остальным.
Бен несколько секунд смотрел на принца, сдвинув брови.
- Странного друга себе нашла моя дочка, - мрачно сказал он. - Я, вообще-то, сейчас должен бы сказать, что я не спрашивал твоего мнения. И что ты еще не дорос, чтобы соваться к старшим с непрошенными советами. Но, к сожалению, ты прав.
Принц промолчал – и Сэнди уже далеко не в первый раз задумалась, почему Адриан решил не говорить о том, что он – наследник Эдварда. Может, ему хотелось посмотреть, как люди относятся к нему, когда не знают, что он принц?.. Или же он не захотел смущать ее отца своим высоким титулом?..
Как бы там ни было, Сэнди очень надеялась, что Бен и Адриан поладят. И пока все вроде шло неплохо.
- Ладно, - сказал Бен, вставая на ноги и стряхивая со штанов присохшие хвоинки. – Пойдем, побеседуем с проклятой ведьмой. Я как раз оставил топор под навесом во дворе – прямо как знал, что он может понадобиться раньше, чем я схожу домой за ключами от сарая…
До дома лесника они дошли в торжественном молчании. Когда они пересекали двор, Бен слегка отклонился от протоптанной тропинки от ворот к крыльцу, чтобы забрать лежавший у поленницы топор. Топор был острым и тяжелым, насаженным на длинное, отполированное его же руками топорище, но в руках у Бена он всегда казался Синди легким, как игрушка. Бен мог с одного удара расколоть им крепкую дубовую колоду. По сравнению с таким страшным оружием висевший на поясе Адриана меч смотрелся не особенно внушительно, даром что над ним потрудились оружейники самого короля.