Зитос яростно оскалился: его гордость пострадала сильнее, чем тело.
— Так отведайте этого!
Молот стал раскачиваться из стороны в сторону, словно массивный маятник, продолжающий руку. Две тени погибли, одна раскололась, будто состояла из стекла, а другая разлилась, словно пролитые чернила. Ни одна смерть — если твари действительно умирали — не походила на другую.
Чья–то миножья пасть впилась в плечо, глубоко запустив зубы. От боли Зитос сдавленно крикнул, а затем ударил тень по голове, и та исчезла.
Боковым зрением он увидел, как Абидеми рассек другое существо–тень, и оно рассеялось дымом. Мощным круговым ударом его брат клинком Драукороса отрубил полосу, улетевшую назад листком тонкого пергамента. Бывший меч Нумеона пожинал свою жатву.
— Пробирайся ко мне, брат, — позвал его Зитос, и они продолжили биться уже спиной к спине.
Вулкан сражался один, не отступая ни на шаг. Окруженный врагами, он наносил удары, способные поразить любого материального врага, но тени беспрестанно подступали.
— Верные Драконы! — закричал он. — Ко мне!
Абидеми первым пересёк пустошь короткими перебежками, и вскоре все трое Змиев бились плечом к плечу.
Штурмкатер кружил над ними, атакуемый темными птицами. Встрепанные вороны из рощи наконец отреагировали на угрозу с воздуха и добрались до противника. Гарго сбивал их из носовых тяжелых болтеров. В воздухе замелькали длинные перья и окровавленные куски тел.
«Громовой ястреб» отклонился влево. Стая ворон, не обескураженных истреблением своих собратьев, устремилась в погоню, и судно превратилось в далёкое пятнышко над горизонтом.
Вблизи башни призраки выскакивали из каждой трещины, из каждого клочка темноты. Пустошь буквально кишела ими, алчно шипящими, едва различимыми.
Зитос и Абидеми уничтожили нескольких противников, сдерживая натиск, но вал атакующих продолжал прибывать.
Вулкан отшвырнул целый ряд теней, тотчас поглощенных тьмой, и получил несколько секунд передышки.
— Не давайте им подойти, — сказал он своим сынам. — Все это закончится, когда мы проникнем в башню.
— Как мы туда войдем, отец?
— Её закрывает теневое поле, Барек.
— Барьер? — уточнил Абидеми, сбивая двух призраков взмахом меча наискосок.
Оба воина выглядели не лучшим образом, а их доспехи были пробиты во многих местах. Кровь стекала по правой перчатке Абидеми, у Зитоса онемела покрытая льдом левая нога, а вокруг наголенника иней почернел.
— Очень мощный, — подтвердил Вулкан. — Но он расступится передо мной.
Зитос понял, что сама башня и была теневым полем. Молот примарха врезался в нее со звуком, подобным раскату грома…
…но барьер не расступился.
Вулкан снова размахнулся, держа молот обеими руками и вкладывая в удар всю свою силу. Башня потрескалась. Трещины уродливыми венами разбежались по стеклу, но предыдущие изломы закрылись. Каждый последующий удар ликвидировал последствия прежнего.
Вулкан, отчаянно стремившийся внутрь башни, обрушил на нее целый град ударов, но ничего не добился.
Он взглянул на талисман с семью молотами, но тот не шелохнулся. Его тайна оставалась неразгаданной. Пальцы, тронувшие фульгурит, ощутили трепет божественной силы, но Вулкан понял, что это ему не поможет. Как он узнал это, как обрел эти инстинкты, он не мог объяснить, но, вернувшись к жизни, получил прежде недоступные знания. Многое стало для него ясным, но провалы в понимании еще остались.
Вместо того чтобы тянуться к недосягаемому, Вулкан решил сосредоточиться на том, что знал.
Он приходил сюда раньше, давным–давно. Его воины проложили путь к башне. Она представляла собой врата, это он знал, но не только врата. Еще отсюда лежал путь в другое место, в темное убежище охотника за головами. Его логово. Мерзкий хищник помешал ему достичь цели.
Вулкан опустил молот и нагнулся к самому стеклу, и его горячее дыхание затуманило покрытую изморосью поверхность.
— Я здесь, Кхерадруах, — прошептал он.
Гул ударов, нанесенных его отцом, еще звенел в ушах, и Зитос оглянулся, надеясь, что башня разрушена. Но увидел лишь, как иней затягивает следы ног. И никаких признаков Вулкана.
Глава 6
СТАРЫЙ ДОЛГ
НЕ ЗАБЫТ
Холод сумрачной пустоши исчез, поглощённый подземной духотой. Пахло сыростью и звериным потом, стояла липкая жара. Здесь, внизу, где бы это ни было, царила насыщенная атмосфера плодородной земли. Невидимые потоки спор липли к коже частицами пыли. Они покрыли доспехи Вулкана маслянистой пленкой, проникали в узлы, пытались загрязнить механизмы. Примарх неподвижно замер и огляделся.