Смертельный удар рассек шею и отделил голову от туловища.
То, что последовало потом, возродило веру в божественную природу сынов Императора.
— Мне кажется, я почувствовал гибель Горгона, — сказал Абидеми.
Гарго отложил копье.
— Опустошительный шторм, — подсказал он.
— А потом… ощущение потери, — добавил Зитос, все еще не отрывая взгляда от символа на стене. — Здесь чувствуется какая–то дисгармония, и началась она с гибели Горгона.
— Железо еще никогда не было таким хрупким, — согласился Абидеми, забыв о лоскуте промасленной кожи.
— А ты знаешь его, брат? — спросил Гарго у Зитоса. — Этого Медузона?
Зитос покачал головой:
— Мне приходилось сражаться вместе с Железными Руками во время Великого крестового похода, но не рядом с ним. Думаю, Нумеон его знал по Кальдере, но это была всего лишь одна кампания из многих.
— Они называют его военачальником, — сказал Абидеми.
— А как насчет Нуроса? — спросил Гкрго. — Я узнал его имя по спискам личного состава, но этим мои сведения и ограничиваются.
Во время спасательной операции Нурос дочти ничего не говорил. Но он быстро принял вызов и продемонстрировал решимость и готовность к самопожертвованию, чем всегда могли по праву гордиться Саламандры.
Его реакция на присутствие Вулкана, как и реакция его воинов была сродни восторженному поклонению.
— Я чувствую, что в его голове клубятся бесчисленнее вопросы, — сказал Абидеми,
— Мы и сами были такими на Макрагге и потом на Ноктюрне, разве не так?
— У меня и сейчас еще масса вопросов, — понизив голос, пробормотал Гарго.
Зитос поверх их голов взглянул на единственного обитателя просторной казармы, кто пока не сказал ни слова, и решил, что у него тоже много вопросов.
Вулкан сидел поодаль от остальных, в сосредоточенном молчании смежив веки и держась одной рукой за талисман.
— Отец? — окликнул его Зитос, едва тот открыл глаза. Хотя отреагировал Вулкан на взгляд сына или на что–то иное, было неясно.
— Я считал своего брата мертвым, — сказал Вулкан, вглядываясь в тень и явно витая мыслями где–то далеко далеко.
Вулкан помнил мертвенно–бледное видение, мучившее его в темнице Конрада, — призрак давно погибшего брата, пытавшийся свести его с ума.
И теперь призрак Ферруса Мануса вернулся к нему и не покидал с тех пор, как в триумфальном зале Медузона он услышал слова железного отца:
«Горгон теперь говорит с нами».
Их отец, их создатель наградил своими дарами каждого из примархов. Почему бы дару бессмертия не достаться еще кому–то, кроме Вулкана? Не мог ли Феррус тоже быть недосягаемым для смерти? Но ведь его тело рассекли пополам и лишили головы. Ничего не осталось. С другой стороны, разве плоть Вулкана не обгорела до пепла, разве его тело не было заморожено, внутренности извлечены, кожа содрана, а кости раздроблены… Его не смогло уничтожить даже сердце Смертельного Огня.
У него не возникло желания принять участие в крестовом походе Медузона. Железная Десятка должна прокладывать свой путь самостоятельно. Но и уйти он не мог пока не мог. Он поклялся самому себе не сворачивать с пути к главной цели. Вернуться к войне легко, и искушение все сильнее. Игнорировать его невозможно, хотя Вулкану и нельзя вмешиваться в дела Медузона. Феррус Манус мертв. Он погиб на Истваане, так почему же до сих пор появляется в мыслях своего брата?
Вулкану показалось, что боковым зрением он видит его. Его. Такого же холодного и сурового, как в тот раз, такого же изможденного и опустошенного. Он испугался, что снова теряет разум. Он зажмурился, пытаясь прогнать привидение, а когда открыл глаза, Горгон исчез. Может, его здесь и не было. Но все же…
Примарх поднялся.
— Я должен знать.
Глава 13
ПЕРВАЯ НИТЬ
РАЗРЫВ
Ночь задыхалась от жары и вездесущих запахов нефтехимических продуктов. Мануфакториумы, многочисленные фабрики снарядов, танковые производства — все работало без остановки. Спущенные сверху нормы постоянно повышались. В атмосферу ввинчивались клубы густого маслянистого дыма из бесконечных труб. Промышленность неустанно и отчаянно расширялась. Ежедневно прибывали орбитальные корабли. Адамантиевые корпуса покрыты боевыми шрамами, трюмы готовы поглотить новые партии людей и припасов.