-Интуитивно. Кто же будет делиться таким прибыльным делом?
-Что прибыльное, то прибыльное. –согласился Ушастый. –На него ведь, почитай, вся Зона работала. Таскали сюда чермет-цветмет, а он, выходит, без всяких хлопот тут мог любую вещь с любого образца соорудить. Да, сытно устроился хорёк, царствие ему небесное, обеспеченно…
-Кстати. –сказал Старик, -Не в службу а в дружбу, выполните одну просьбу.
Он что-то прошептал на ухо Тихоне, тот сначала с изумлением посмотрел на Старика, затем кивнул, знаком подозвал Ушастого и Ташкента и они покинули подвал.
-Так это что же получается, -раздумчиво сказал Бобёр, -мы теперь можем любых железяк для себя наделать сколько нужно, суй только металлолом в желтое хайло?
-Да отчего же обязательно железяк? –возразил Старик. –Каких угодно предметов. Точнее – почти каких угодно. Полагаю с копированием наших земных вещей проблем не будет. А вот «штуки» могут и не воспроизводиться. Не уверен также, что репликатор способен тиражировать живые существа. То есть, конечно, если сунуть крысу между воронками, на выходе мы, скорее всего, получим абсолютную копию, только в виде бездыханной тушки. Надо будет поэкспериментировать… И еще - не всегда обязательно вообще совать что-то в хайло. Проверить, что ли? Взять хотя бы… Да вот десантную тельняшку с полочки. Помнишь школьный курс химии, Бобёр? Из чего она состоит? Правильно из хлопка, то есть из углерода, азота, водорода с кислородом. Всё это есть в обычном атмосферном воздухе, так что другого сырья и не понадобится. Ну, разве что пригоршню шлака сыпанём в принимающее устройство. Помещаем тельняшечку в репликатор. О, засвистало… Опыт удался, принимайте новенькие майки, парни. Вот так их можно наштамповать прямо из воздуха на целую дивизию. Но пока, думаю, хватит… Что-то голова закружилась…
-Отдыхать сегодня ночью будем по очереди. Поделим вахты. –тут же заявил Самовар. –То есть ты, Старик, конечно, вне расписания. Ложись вон там, на кушетке, да и спи, сколько хочешь. После твоих приключений требуется хороший отдых. Выглядишь просто ужасно. А мы разделимся на три пары и будем меняться. Одна будет караулить, другая – спать, а третья - работать. Надо наделать как можно больше всякой всячины.
-Куда торопиться-то? –возразил Старик. –Теперь репликатор – наш. Стройте развитое общество потребления, сколько угодно поднимайте уровень жизни…
Глюк, Самовар и Бобёр переглянулись.
-То есть ты предлагаешь… -начал Глюк.
-Ну, разумеется. –кивнул Старик. Он, устало шаркая ногами и сутулясь, подошел к медицинской кушетке, застеленной одеялами в несколько слоёв, уселся, зевнул и, морщась, принялся стаскивать рваные кирзовые сапоги. –Гремячье объявляется владением «курорта». Сообщим об этом Борову и Баклажану, сюда прибудет дюжина охранников и десяток рабочих. Больницу перестроим в настоящую крепость, чтобы никто и не думал посягать. Работать тут лучше вахтовым образом, посменно, скажем, неделями или десятидневками. Сюда будут ходить караваны за всем необходимым. А жить можно будет в черновском оазисе, там всё тихо-мирно.
За дверью послышался шум, она распахнулась, пятясь задом, неуклюже ввалился Тихоня. Он вместе с Ташкентом и Ушастым волок что-то тяжелое.
-Что это? Зачем сюда?! –возмутился Глюк.
-Нечего ему на балконе валяться. –жестко ответил Тихоня, бросая у репликатора труп с простреленной головой. Носильщики столпившись вокруг мертвеца, некоторое время молча разглядывали его. Потом перевели взгляд на Старика. Тот, демонстративно не обращая внимание на происходящее, босиком прошлепал к полкам, снял оттуда жестянку консервов и вслух прочёл: -«Производство фирмы «Хамский бекон».Тушенка свиная». Мгм… срок изготовления… о, свежая! Именно то, что нужно.
Он поместил банку между глянцево-прозрачными конусами, вдруг с неожиданной силой подхватил тело Стрелка и свалил его на цинковый жёлоб.
-Что ж ты делаешь?! –возмущенно вскрикнул Глюк.
-То есть как «что»? –невинно заморгал Старик. –Ужин готовлю. Я на голодный желудок ложиться спать не согласен. Кстати, дружище, не поискать ли тебе чайник, должен же он здесь быть.
Тихоня нехорошо рассмеялся, присел на корточки у блестящей голубой воронки, подхватывая картонной коробкой выскакивающие оттуда жестяные цилиндры с пёстрыми этикетками.