— Понимаешь. Я планировать переехать в квартиру один. Нет, не один — с котом… Обычным котом, но никак не говорящим. Как выяснилось, говорящий кот — не самое страшное, что случилось со мной. В итоге я впустил квартиранта… Да еще и с собакой…
— Какого такого квартиранта? — Анатолий Николаевич даже готовой потряс, словно пытался избавиться от наваждения. — Зачем тебе квартирант в однокомнатной квартире? Да еще и с собакой. Денег не хватает?
— Так получилось, — обреченно выдохнул Евгений Петрович и пожаловался, — Не планировал, но пришлось впустить. Это домовой моего дома. А пёселя домовой подобрал где-то на развалинах. Поверь, не я.
И смахнул слезу с морщинистой щеки.
— «Чем больше в голове у нас извилин, тем более извилиста судьба». Это как раз про тебя, — прокомментировал Анатолий Николаевич.
— А ты по-прежнему, смотрю, цитируешь Губермана…
Евгений Петрович сделал еще несколько больших глотков кофе с расслабляющим напитком.
Анатолий Николаевич ненадолго задумался, оставив без внимания последнюю фразу, сказанную другом.
— Могу помочь твоей беде, — выдал он после молчания.
— Ты мне веришь? — несколько неуверенно поинтересовался Евгений Петрович. Он бы ни за что не поверил.
— А почему нет? — пожал плечами Анатолий Николаевич. — У тех, кто в офисе трудятся, еще более фантастические истории… Я им поверил, и сотрудники счастливы. Чем плохо? Как могу, так и помогаю им. И тебе помогу…
— Добрый волшебник… — хмыкнул Евгений Петрович.
— Ну… Не совсем волшебник, — протянул Анатолий Николаевич. — И не совсем добрый. Но кое-что тоже могу… Следуй за мной…
И направился к выходу из кабинета.
Евгений Петрович нехотя выскребся с кресла и поплелся следом. Что мог показать этакого начальник, чтобы он затащился?
В самом конце офиса, там, где чайно-кофейная комната для отдыха, чтобы сотрудники не заливали «клавы» содержимом чашек, появилась еще одна дверь. «Раньше двери не было», — отметил про себя Евгений Петрович.
Анатолий Николаевич распахнул это новую дверь, Евгений Петрович ахнул от неожиданности.
— Как в общаге у нас, — пробормотал он.
Комната оказалось небольшой. Но для жизни вполне пригодной. Двухъярусные кровати, шкаф для одежды, столик с чайником и гранеными стаканами в подстаканниках. Одновременно четыре человека вполне уместились бы в комнате…
— Я старался, — гордо выпятив грудь, произнес Анатолий Николаевич.
Он на самом деле расстарался. Идея комнаты, где можно не только кофе попить и поболтать с коллегами, но и отдохнуть от семьи и детей, пришла в его светлую голову не сразу. А только после второго, кто попросился назад в офис. Обратил внимание на то, что сотрудники не опаздывают, приходят, как правило, даже раньше. Отбыть домой после часа «х» не спешат. Но кофе с французским коньяком позволило разговорить людей. Двоих… И пусть двое — не статистика, а только совпадение, но все равно стало понятно — комнате быть. Третий объявится — никуда не денется. Для статистики…
— Командировку выписываем, командировочные выплачиваем. Одно условие, — уточнил Анатолий Николаевич, — покидать офис во время командировки нельзя. — Он сделал ударение на последнем слове. — Если условие будет нарушено, но воспользоваться комнатой больше не получится.
— А кто определяет срок командировки? — на всякий случай поинтересовался Евгений Петрович.
— Только не я, — замахал руками Анатолий Николаевич. — Психолога я не увольнял. Так. На всякий случай. И случаи представляются…
Евгений Петрович вспомнил маленькую женщину, которая непрерывно подсовывала им какие-то бумажки с тестами, на его взгляд, мешала работе, а нисколько не помогала. Но сейчас он был готов кинуться ей в объятия, заполнить кучу табличек, ответить на бесчисленное число вопросов, только чтобы она на недельку отправила его в командировку, подальше от кота, пёселя и домового. Готов «отбыть» прямо сейчас. Правда, не хотелось бы надолго оставлять и квартиру, и «семью» без присмотра, недели вполне хватило бы, чтобы отдохнуть от тыгыдыков. И судя по всему, одна из кроватей в комнате была в данный момент свободна, слишком уж идеально заправлена.
— Войди, осмотрись, — предложил Анатолий Николаевич.
Евгений Петрович тут же не преминул воспользоваться предложением. Сам бы он не решился попроситься. Потрогал матрацы, оценил их мягкость. Конечно, с ватными общажными не сравнить. И все равно в ноздри ударил давно забытый запах студенчества, молодости, бесшабашности. Он хоть и считался городским, но место в общаге все равно получил. Были же времена… Евгений Петрович зажмурился, припоминая, как он куролесил будучи студентом. Удивительно, но времени хватало на все.