— Не боитесь, что прибьют? — спрашивает Светозара. — Опасная это работа — торговцев грабить.
— Не, — коротко отвечает девочка.
— Лучше постройте себе домик в деревне, когда вырастите. Трудно, зато поживёте.
На это предложение мелкие брат с сестрой лишь рассмеялись. Когда ты так молод и наивен, то никакие опасности не кажутся достаточно серьёзными. Тяжёлая работа в поле выглядит как удел слабаков, а настоящие, крепкие ребята выбирают разбойничий промысел. Именно поэтому сейчас так много грабителей на дорогах, и поэтому князья во всех княжествах меняются каждый месяц. Сила дала людям ешё один способ применять насилие.
Устроившись на собственной лежанке, Никодим почувствовал себя как никогда расслабленным. Он терпеть не может такую жизнь, но одну ночь поспать как в старые, добрые времена — с удовольствием.
— Спокойной ночи, Светозара.
— Спокойной ночи, — отвечает девушка.
Всю ночь Никодим спал как убитый, не смотря на шум многочисленных людей, разносившийся по всей усадьбе. Никто и правда не храпел и не пердел, но и без того тишины никакой не было. Лишь под утро его сон стал тяжёлым и беспокойным. Проснувшись чуть раньше зари, он поднялся на ноги, скрипя зубами.
— Чего ты? — спрашивает Светозара.
— Проверить кое-что надо.
Пройдя вдоль усадьбы несколько раз, Никодим разбудил спавших до этого детей. Повсюду раздаётся недовольное бормотание и проклятия. Светозара ходит следом, подсвечивая путь огоньком на ладони. Даже Лудя Кость подскочил, удивлённый странному поведению парня. Красный от того, что его предостережение посмели нарушить.
— Я же вам сказал, балбесам, ни звука чтобы!
— Успокойся, — хмуро отвечает Никодим. — Мне нужно найти подвал.
Начавший злиться парнишка тут же успокоился.
— Какой ещё подвал? Тут ничего такого нет.
— Должен быть.
— Мы тут уже несколько лет живём. Уже давно нашли бы.
— А я тебе говорю, что есть.
— О-о, ясно, — взмахивает руками Кость. — Зовите попа дьявола изгонять — ещё один обезумел.
— Это бывшая боярская усадьба. Тут должен быть подвал, или погреб, или яма на всякий случай. Должны же они были где-то еду складывать.
— Ага, есть тут одна яма. Сортирная.
Смутное предчувствие всё время пребывания в этом месте не давало Никодиму покоя. Слишком знакомыми кажутся эти обгоревшие стены и внутреннее пространство, через который сквозит ветер. Когда-то давно он целыми часами слушал этот свист.
— Светозара, помоги найти подвал, — просит он подругу.
— Конечно, сейчас.
Вдвоём они начинают обыскивать весь дом, рассматривают каждую щель в полу, наступают на доски и наблюдают за тем, как они прогибаются. Окружающая детвора с интересом следит за их поисками. Они наверняка обшарили все уголки усадьбы в поисках мало-мальски ценных вещей, но эти дети вряд ли представляют, на какие хитроумные ухищрения можно пойти, чтобы спрятать в здании целое подземное помещение.
К тому же у него есть преимущество: он умеет видеть сквозь стены.
А ещё с недавних пор он умеет проходить сквозь них.
Обходя усадьбу, Никодим то и дело останавливается, чтобы посмотреть, что находится под полом. Почти везде либо чуть-чуть пространства между досками и землёй, либо сразу земля. Иногда грибок и плесень.
Вскоре Никодим находит то, что искал: лучи от огня Светозары проникают между щелями в досках и уходят ниже. Здесь, на бывшей кухне усадьбы, мебель передвинута в неправильные места. Обычно стол для приготовления пищи размещают напротив окна, чтобы делать это при свете солнца, здесь же он находится у противоположной стены, поэтому стоя за этим столом, сам себе создаёшь тень. Это не удобно.
Дети не обращали на этот стол совсем никакого внимания: они скорее всего просто вычистили всё, что оставалось в полках под столешницей.
— Помоги, — просит Никодим.
— Ага, — тут же соглашается Светозара.
Вдвоём они отодвигают тяжёлую мебель в сторону, под которой обнаруживается совершенно обычный пол, но с маленькими дырочками в досках: бывшее крепление для кольца или рукояти.
— Ну вот, — замечает Лудя Кость. — Я ж говорил, ничего здесь нет. Балбесы, слушать надо было!
— Опусти огонь пониже.
Девушка послушно опускается на корточки, поднеся огонь поближе к щелям в полу.
Никодим спускается в подвал прямо сквозь доски и оказывается на прочной деревянной лестнице, ведущей вниз. Всё-таки он нашёл подвал! Наверное, в этот момент ему стоило бы обрадоваться, ведь его поиски увенчались успехом… однако его сердце лихорадочно стучит, а дыхания не хватает.
Приподняв крышку пола, Никодим открывает путь вниз для остальных.
— Сука-а! — удивлённо шепчет Кость. — Тайный подвал, блядь!
— Я же говорил, — замечает Никодим.
— Как ты узнал, что он тут есть?
— Они везде есть. Не подвал, так погреб.
— Ну да…
Со светом от огня, детвора стала толпой ломиться в открытый люк. Никодима тут же обступили лица с широко распахнутыми глазами и вздыбленными бровями. Для всех присутствующих здесь не нашлось ничего по-настоящему интересного.
«Ну подвал и подвал, что здесь такого?» — спрашивают их немые лица.
Только он заметил те вещи, которых предпочёл бы не замечать: сгнившая копна соломы в виде лежанки, разбитая глиняная миска, следы ногтей на стене, кость какого-то животного, заостренная с одного конца и превращённая в заточку. Здесь кого-то держали точно так же, как его с Борей в Новгороде. Стихарь был здесь, в этом подвале.
— Когда вы пришли сюда жить? — спрашивает Никодим, но едва слышит собственный голос.
— Э… ну… года четыре как, — отвечает Лудя Кость.
— А когда в этом доме случился пожар?
— Наверное, лет шесть уже да?
— Семь, — отвечает девочка с разбитой губой.
— Может и семь. Помнится, святой водой тушили — ближе нигде не нашли. Монахи повыбегали на улицу и давай молиться. Вот умора-то.
— Что в этом смешного? — спрашивает Светозара.
— Так боярская же усадьба. Когда такие горят, нам смердам в радость.
Получается, семь лет назад сгорел этот дом. В то время Никодим уже жил в Вещем, поселился в церквушке под присмотром отче Игнатия. Значит в промежутке от семи до четырёх лет назад этот дом пустовал, сюда и пришёл Стихарь. Здесь он жил, спал, обедал и занимался всем тем, чем занимаются на голову помешанные люди. Держал на привязи очередного бедолагу и наверняка заставлял его лаять вместо нормальной человеческой речи.
— Вы знаете человека по прозвищу Стихарь? — спрашивает Никодим.
— Как же, знаем, — отвечает Лудя. — Он мне как-то кусок хлеба подарил. Назвал молодцом.
— Да, — подтверждает всё та же девочка с разбитой губой. — Хороший был.
— Был? Почему был? Он умер?
— Не, ушёл.
Информацию из собравшихся детей пришлось собирать по маленьким кусочкам. Оказалось, что Стихарь здесь известен как улыбчивый дядечка, странствующий проповедник, добрейший человек и вообще душа компании. Он часто собирал их у костра и рассказывал всякие истории из псалмов, причём делал это так интересно, так интригующе. Внешне он был страшен: проломленная голова, нездоровый цвет лица, но внутри — сущий ангел.
Некоторое время он побыл в Киеве, а потом ушёл.
Куда ушёл — никто из них не знает. Зато об этом человеке рассказал настоятель Трёхсвятительской церкви, находящейся рядом. Мужчина поведал, что Стихарь был уже в годах, поэтому не мог продолжать странствовать как раньше. Этот приятный человек решил основать собственную церковь и учить там разуму язычников.
— Где это? — спрашивает Никодим. — Куда он пошёл?
— Какое вам до него дело?
— Он наставил меня когда-то на путь истинный, я обязан ему всем. Хочу найти и сказать искреннее спасибо.
— А-а, это дело благое, — отвечает мужчина. — В Чернигов собирался — там ещё много староверов, кто старых богов чтит. Хотя, скажу вам по секрету…