— Мелкий ты засранец, — с ухмылкой произносит безумец. — Всё это время ты прятался, чтобы вернуться сюда? Стать новым князем Стародума?
— Он не знал, — отвечает Волибор, поскольку я сам не в силах и слова вымолвить. — Я вынес его из крепости и отдал приёмной семье. Ты сын старого удельного, Тимофей, твоё отчество — Гориславович.
Никогда я не хотел себе власти, никогда не хотел быть благородным или иметь людей в подчинении. Мне всегда было достаточно того, что есть. У меня есть преданные друзья, которые меня любят, родня, дом. А теперь, оказывается, у меня есть целая крепость. Такое трудно принять с наскока.
Воздуха не хватает.
— Неплохую вы себе крепость отгрохали. Когда я её атаковал, она была совсем другая.
— Стародум не будет подчиняться ни тебе, ни мне, — замечает Волибор. — Только родня Горислава имеет над ним контроль, и никто больше. Только человек, в котором крепость опознает наследника. Он и меня впустил внутрь только когда узнал, что сын жив и скоро явится.
— Что ж, это объясняет почему мне пришлось топать по лестнице пешком почти всю ночь, а вы поднялись не запыхавшись.
Безумец снова наклоняется ко мне, осматривает со всех сторон.
— Я сегодня добрый, — произносит он. — Даже несмотря на то, что вы сожгли половину моей армии. Я разрешаю тебя стать князем Стародума, если ты поклянёшься мне в верности. Такой форпост очень пригодится на границе с моим братом.
С моей души словно камень свалился.
Влияние безумца пропало.
Он отпустил меня.
— Стань на колени, скажи нужные слова, и займёшь место своего отца. Как тебе моё предложение?
Князь считает, что делает мне выгодное предложение, но это не так.
В этот момент я почувствовал такую ярость, которую не испытывал никогда в своей жизни. Захотелось уничтожить весь этот мир, стереть с лица земли всё, что существует, лишь бы не дать человеку передо чувствовать себя так вольготно.
А ещё я понял о себе одну важную вещь, которую все эти годы тщательно гнал прочь: я не могу решить все проблемы. С самых ранних лет я считал себя достаточно сильным, чтобы справиться с чем угодно. Ум, где это необходимо, хитрость, где одного лишь ума недостаточно, грубая сила, когда других способов не существует. Я считал, что не существует такой беды, с которой я бы не справился.
Федот растил меня в любви и заботе, Волибор учил обращаться с оружием, Игнатий — читать старые книжки мудрых людей. Мне дали всё в этой жизни, и я считал, что стал полноценным человеком, которому всё по плечу.
И все эти годы я, сам того не сознавая, считал, что мне не нужна никакая сила. Я и без неё всегда прекрасно справлялся.
Но теперь впервые почувствовал, как энергия в груди подчиняется мне. Как она выходит наружу, доходит до кончиков пальцев. Я получил первую ступень, о которой так давно грезил, и которую всегда отталкивал.
Отец пытался сделать меня целителем, а я ему подражал, втайне желая не быть им. Светозара учила обращаться с огнём, а мне это не нужно было. Всё это — лишь лёгкие пути для слабаков, но я же не слабак…
Теперь всё изменилось.
Я осознал, что одного человека может быть недостаточно. Нужно что-то ещё.
И я это получил.
Со всего размаха я засовываю руку в пупок безумца. Засовываю по самый локоть. У него внутри пусто: ни сердца, ни костей, никаких внутренних органов. Одни лишь чувства и эмоции, которыми я могу управлять.
Недавно он сломал мою волю, а я ломаю его.
Но это не значит, что моя сила — подчинять себе людей, как князь. Моя сила — не иметь её. Когда вокруг нет людей — у меня нет и силы. Но когда рядом оказывается кто-то, я получаю точно такую же, как у него. В данный момент возле меня безумец, значит я могу управлять другими людьми так же, как он.
Завтра я буду стоять рядом со Светозарой и поливать врагов огнём вместе, а послезавтра видеть сквозь стены с Никодимом. Я умею обращать силу людей против их самих.
— Что? — вырывается у Снежаны.
— Нашёл всё-таки, — удивлённо произносит Волибор.
Безумец смотрит на меня широко раскрытыми глазами.
— На колени, — говорю.
— Уф, — отвечает князь. — Так вот, как это работает. Не думал, что почувствую это на себе. Что-то внутри меня говорит, что я должен опуститься на колени. Тоненький голосок в голове, но я легко могу это игнорировать, я же намного сильнее тебя.
— Да, действительно, я не могу тебе приказывать. Но ты забыл кое-что другое. Не только сила что-то решает.
Со всего размаха я загоняю кинжал князю в пузо и веду вверх, к горлу. Разрезаю и тело, и все предметы, которые висят у него на шее как амулеты.