Теория теорией но то, что он пытался «исполнить» сейчас — не входило в рамки разумного и логического. Один из его подклассов очевидно позволял видеть энергетические потоки. Он распознал их в атомном поле, пожирающем все на своем пути и движущемся к нему на завидной скорости. Ник решил, что сможет повернуть их «вспять», схватить, запутать и перенаправить так, чтобы они двигались не на расширение, а наоборот. Идея настолько же бредовая, насколько и гениальна. И все же — я не рассчитывал, что у него получится. Мельком глянул на обезьяну-альбиноса — тот покачивал головой и причмокивал губами. В успех Ника пришелец не верил.
Поток столкнулся с ладонями смельчака, он закричал от боли и я уж подумал, что его трюк тут же и завершится. Я ошибся. Не знаю как, но он смог. Схватился за энергетические потоки, смог согнуть их, перенаправить и изменить структуру самого взрыва. Он делал это слишком медленно, чтобы остаться невридимым — его руки плавились на глазах, кожа сгорела практически мгновенно, кости не заставили себя слишком долго ждать. Не знаю, как он не сошел с ума от боли, но парень продолжал смотреть на ослепительный магический поток и все еще менял магические связи, энергетические потоки и пытался спасти собственную шкуру.
В эту секунду он выглядел как самый настоящий герой. Тот, который ценой своей жизни останавливает разрушительную магию, только чтобы спасти невинных людей. Понятно, что делал это он только ради собственной шкуры, но выглядело это очень и очень красиво. Думаю, в какой-то момент парень понял, что развернуть поток подобной магии в целом невозможно, поэтому решил, что достаточно будет его дестабилизировать только в той области, где находится он сам. Я заметил, как поменялась логика его «плетения»: линии энергии теперь беспорядочно разбрасывались по сторонам, сталкиваясь и местами развеивая магию. Слишком филигранная и объемная работа, слишком мало времени. В какую-то секунду я заметил, что время его Предельной Концентрации закончилось и он нервно дернул плечами, а сотканные перед ним нити рассыпались, как если бы он выронил клубок из рук и тот внезапно распался на части. Все же — поток он дестабилизировал и взрывная волна выплюнула полусоженное тело Ника в сторону. Он шмякнулся рядом со мной, задохнулся воздухом и кровью, стал кататься по земле и пытаться кричать.
Я поднял взгляд и увидел заинтересованный взгляд Обезьяны. Теперь он испытующе смотрел на меня и думал, наверное: «Чего он не убегает? Столько времени валялся тут на полу, мог бы и свалить!».
Но я не двигался потому, что заметил интересную вещь, пока Ник пытался там разобраться с потоком: внутри атомного магического луча искрилась звезда. Точнее — Звездный Ассистент. Тот катализатор, что запустил эту магию и все еще подпитывал ее даже после того, как сгорело тело его владелицы. Остановить эту Звезду означало остановить разрушительный свет. Проблема была лишь в одном — в бесконечности магических потоков, которые никогда бы не позволили мне «выстрелить» Жадностью настолько прицельно, чтобы точно уничтожить этот предмет. К счастью, я перестал быть глупцом по имени Золотой Кир и стал гением стратегии.
— Я как раз хотел попробовать, — вздохнул я, разглядывая свет Звездный Ассистент внутри столба ядерного пламени. — Жаль, конечно, что будет очень больно. Но, тут уж ничего не попишешь. Жадность! — кинжал послушно подлетел ко мне и оказался в ладони руки. Клевым использованием я подкинул из пояса пару зелий и выпил залпом, останавливая кровотечение и восстанавливая потерянное здоровье. Приготовился тут же использовать зелья снова. А пока. Я завел руку за спину, сжал горячее лезвие кинжала изо всех сил и метнулся вперед на предельной скорости. — Пронзатель! Касание пустоты!
Моя рука исчезла и появилась ровно там, где находился Звездный Ассистент Юклы. Ладонь выпустила искрящийся мощью кинжал и Жадность послушно выстрелила в упор, точно попадая в звезду и мгновенно разрушая ее. Когда я деактивировал касание — ладони не было, а сознание прожгло уколом невероятной боли. Я завалился на колени и судорожно стал вливать в себя одно зелье за другим. Я даже не был уверен в том, что зелья восстановят утраченную конечность, но нет — она постепенно отрастала, затянутая теплым зеленым светом. Слишком медленно.