Я и не осознавала, насколько холодным был дождь, до этого момента. Кожа покрылась мурашками. Зубы застучали.
Обхватив себя руками, чтобы согреться, я простояла так несколько минут. Затем почти час. Просто ждала.
Ждала.
Рейкер не возвращался.
Тревога начала расползаться по моим жилам. Стоит ли мне… стоит ли мне пойти искать его?
Нет. Я вспомнила, как неслась через Штормовой лес, веря, что спасу его. Он глава королевской стражи. У него наверняка был план. Способ отвлечь их или увести за собой.
Я села. И стала ждать.
Кап. Кап. Кап.
Тишина.
Скрежет эхом отозвался от камня, словно ногти царапали стену. Я застонала, переворачиваясь на бок и понимая, что уснула, пока ждала его.
Рядом послышался шаг.
Рейкер.
Облегчение захлестнуло меня. Я открыла глаза, прогоняя остатки сна, и увидела существо с лицом, похожим на череп, которое тянулось ко мне когтями из мерцающей стали. Они тихонько скрежетали друг о друга, когда существо вытягивало их вперед. Страх сковал мою грудь.
Демон.
Не двигаясь, я перевела взгляд на вход в пещеру: дождь прекратился. Потоки воды, служившие дверью, исчезли.
Я не смела вздохнуть. Не смела моргнуть.
Коготь направился прямо к моему лицу, скользнул по щеке и не остановился, пока не коснулся моего меча за спиной, металл которого выглядывал из-за плеча. Мои руки задрожали на каменном полу.
Существо замерло. Остановилось. Затем оно закинуло голову и взвизгнуло, обнажив ряды острых, кривых зубов.
И в этот миг я наношу удар. Я пинаю его изо всех сил, и когда демон отшатывается, я тянусь к мечу — быстро, как никогда. Тварь быстро восстанавливается и бросается вперед.
Я вскидываю клинок для блока, вцепившись в рукоять обеими руками. Завороженный моим металлом, демон несется на меня, вытянув стальные когти.
Он врезается в меня с силой тяжелого фургона, на ослепительной скорости впечатывая в стену. Голова ударяется об острый выступ скалы. Перед глазами всё плывет.
Эти когти тянутся мимо моего лезвия и смыкаются на шее.
Я задыхаюсь.
Прежде чем они успевают разорвать мое горло в клочья, демона оттаскивают назад за выступающий хребет.
Рейкер не теряет ни секунды и вонзает свой клинок прямо ему в череп.
Рейкер.
Волна облегчения накрывает меня. Не только потому, что он спас меня от демона. А потому, что он… жив.
Тяжело дыша, я хватаюсь за стену, чтобы не упасть. Я бросаю взгляд на вход в пещеру, где больше нет водяной завесы, но, к счастью, кажется, она нам больше и не понадобится. Вход начинают заливать первые лучи рассвета.
Но Рейкер не смотрит на восход. Он не смотрит на мертвое существо. Нет, он смотрит на меня.
На мою шею.
Он делает шаг вперед. Я истекаю кровью? Порезы не могут быть глубокими, иначе я была бы уже мертва. Я поднимаю руку.
И вот тогда я это чувствую. Длинные прорехи в ткани. Я сглатываю.
— Что. Это. Такое? — только и говорит он.
— Ничего, — отвечаю я резким голосом, будто могу приказать ему забыть увиденное.
Вместо этого он делает медленный шаг ко мне. Еще один. Я слышу его прерывистое дыхание.
— Это совершенно точно не «ничего».
Я разворачиваюсь, чтобы уйти, но он выставляет руку, преграждая мне путь.
Я могла бы ударить его ножом. Не знаю, поможет ли это. Он уже их видел. Этого не вернуть.
Страх, стыд, вина из-за этих отметин… они отравляли меня, как яд. Теперь правда раскрыта. Её уже не запереть под замок.
— Что. Это. Такое? — спрашивает он снова.
Вместо того чтобы сжаться, я вскидываю подбородок.
К черту стыд. К черту прятки. Я прошла через слишком многое — это тело выжило после стольких испытаний, чтобы стыдиться самого себя.
Я сдергиваю рубашку через голову и швыряю её на землю. Остается лишь тугая полоска ткани, стягивающая грудь. Теперь он видит всё.
Серебро. Тонкие серебристые корни, слабо мерцающие в остатках темноты.
Тот самый цвет, на который рыцарей вроде него натаскивали охотиться и убивать.
Он молчит. Он смотрит. Я чувствую жар его взгляда на своей обнаженной коже. Паника несется по моей крови — годы страха перед рыцарями и боязни разоблачения захлестывают меня. Я хочу бежать.
Но хватит.
Я замираю, выпрямив спину.
Он качает головой.
— Невозможно, — шепчет он. Затем он чуть поднимает взгляд. Я почти физически чувствую, как его глаза впиваются в мои. — Как?