Харлан Рэйкер.
ГЛАВА 14
Его доспехи отливают серебром. Его собственный меч не обнажен, хотя я знаю, что это может измениться в считанные секунды.
Инстинктивный ужас сковывает мои кости; всё внутри кричит мне: «Беги!». Но куда бежать? Я окружена врагами.
Я гадаю, что из этого хуже: горящий лес, полный преследователей и охотящихся на меня драконов… или Харлан Рэйкер?
Определенно, Харлан Рэйкер.
И всё же я не двигаюсь ни на дюйм. Я просто смотрю на его отражение в моем клинке; металл в моих руках дрожит.
— Уходи, — это всё, что он говорит глубоким, хриплым голосом, словно выкованным из самой прочной стали.
Он произносит это так, будто отдает приказ.
Но внизу меня ждет смерть. И, полагаю, я действительно активно ищу способ погибнуть — или что он там говорил в таверне, — потому что я призываю каждую крупицу оставшейся смелости и резко разворачиваюсь к нему лицом, не опуская меча.
— Я никуда не пойду.
Наступает тишина. Я слышу собственное дыхание. Это самая глупая вещь, которую я когда-либо совершала, но я стою твердо, выпрямив спину, хотя сердце колотится так неистово, что я чувствую напряжение в груди.
Он делает шаг вперед. Вокруг него существует иная гравитация — сила, которая делает воздух гуще и заставляет стихнуть приближающуюся ночь. Я вскидываю подбородок, отказываясь выказывать хотя бы каплю страха, но всё же сглатываю. Так близко… я снова осознаю, насколько он огромнее. Насколько сильнее.
Харлан Рэйкер. Разрушитель. Тот, кто обрывает битвы. Владелец древнего меча.
Он известен под многими именами, и каждое из них означает смерть.
Я не вижу его лица, но чувствую на себе его взгляд, острый, как кромка меча.
— Либо ты уйдешь по своей воле. Либо по моей.
Я легко могу представить, как взрослые мужчины трепещут под его взором. Говорят, они даже мочатся под себя. Но я зашла слишком далеко. Воин, которого я презираю всеми фибрами души, не станет тем, кто заставит меня отступить от моей цели.
— Тогда, полагаю, тебе придется наконец меня убить, — отвечаю я, и мой голос звучит так же злобно, как и его. Живот сводит судорогой, словно предчувствуя металл, который вот-вот его вспорет.
Но он не шевелится.
Мы замираем, меряясь взглядами. Проходит мгновение. Два. Двадцать. По позвоночнику стекает пот. И всё же я отказываюсь отводить глаза первой. Я отказываюсь опускать этот меч, от тяжести которого уже онемели руки.
И как раз в тот момент, когда я решаю, что он сейчас меня прикончит, он вздыхает и вместо этого отворачивается. Слышится легкий шорох — он собирает свои вещи. Затем он возвращается. Он направляется мимо меня, к выходу из пещеры.
Я моргаю, парализованная шоком.
Дело не в том, что он меня не убил. И не в том, что он явно позволил мне победить. Это удивительно, конечно. Но куда сильнее меня поражает то, что он готов скорее покинуть это место, чем находиться в моем присутствии.
Мне следовало бы испытать облегчение. Мне следовало бы просто смотреть ему в след.
Вместо этого я вдруг осознаю, что остаюсь одна посреди чужой земли, без своего дракона. Окруженная огнем и врагами, которые ведут на меня охоту. Стоящая в лучах почти угасшего солнца, не знающая, разорвут ли меня сейчас на части таинственные ночные демоны.
Он мой враг. Я ненавидела его годами. Я помню тот день под дождем. День, когда он мог проявить милосердие, но не сделал этого. Шрамы на моей пояснице — тому доказательство. И то, что он поймал меня на лестнице, ничего не меняет.
Но порой из врагов получаются самые верные союзники.
— Помоги мне, — говорю я прежде, чем гордость успевает заставить меня замолчать.
Эти слова были вырваны из самой глубины моего отчаяния, но он не останавливается. Словно я вовсе ничего не говорила. Моя ярость сменяется жгучим стыдом. Раньше я думала, что ненависть — это худшее из чувств, которое один человек может испытывать к другому. Теперь я знаю, что это безразличие.
Он уже почти у края обрыва. Почти ушел. Не знаю, что на меня находит.
Но прежде чем он успевает скрыться, я вскидываю меч, чтобы нанести удар.
Он разворачивается мгновенно. Его оружие оказывается в руке за долю секунды; его металл сталкивается с моим, и…
Музыка. Этот звон похож на музыку.
Встреча двух великих мечей. И ни один не уступает.
Разряд тока прошивает мою руку, пронзает живот, уходит в ноги и в саму землю. Кажется, весь мир содрогнулся.
Интересно, чувствует ли он то же самое? Мне не узнать. Капюшон скрывает всё.