- Покорнейше прошу меня простить, сударыня, - крикнула Анна, чтобы обратить на себя внимание, но договорить не успела. Заслышав ее голос, женщина в полушубке сперва засуетилась, растерявшись, а потом с проворностью подростка бросилась бежать в сторону парка. Анна остановилась, непонимающе глядя ей вслед.
«Какая-то сумасшедшая», - подумала она.
Из интереса Анна подошла взглянуть на могилу, возле которой стояла странная женщина и едва не упала в сугроб. На табличке, прибитой к надгробию значилось имя Максима Николаевича Крылова. Анна замерла. На мгновение она даже позабыла, зачем пришла на кладбище. Все ее мысли вились вокруг странной женщины, которая давно скрылась среди деревьев. Анна не сумела ее хорошенько разглядеть – как на зло солнце вышло из-за туч и ослепительно било в глаза. Почему незнакомка побежала? Может быть она знала Анну? Тут же на память пришла украденная фотография. Возможно ли, чтобы эти два события были как-то связаны между собой?
Совсем растерянная, Анна стояла уперев взгляд в табличку с именем отца. Кем бы не была пугливая незнакомка, она хорошо заботилась о могиле Максима Крылова. В отличие от остальных, на ней не было ни снега, ни сухих цветов. Анна неловко переступила с ноги на ногу. Она знала, что приходя на кладбище, люди обычно что-то говорят умершим, но не видела в этом особого смысла. Она опоздала найти Максима Крылова. Было слишком поздно. Анна провела рукой по плите и сказала только одну фразу.
- Обещаю, я позабочусь о ней. Я исполню свой долг. – На этом ее изматывающее путешествие подошло к концу.
Когда повозка Анны остановилась возле дверей гостиницы, уже стемнело. Расплатившись с кучером, который не постыдился взять с нее аж тридцать коронионов, Анна случайно подняла глаза на окна второго этажа. У Гриндора свет не горел.
«Наверно уехал куда-то со своей любовницей» - Анна неприятно прищурилась. Ну и пусть. В этот момент больше всего Анне хотелось увидеть Машу. Она была рада, что сегодня наконец расскажет о своих терзаниях подруге, а не тетради. Взлетев по лестнице на третий этаж, Анна постучала. Никто не открыл. Отперев дверь своим ключом, она встретила лишь темноту.
«Опять сидит в ресторане с Гриндором и Шварцем! Как не стыдно! А хотя… Сейчас пойду и заберу ее оттуда. В конце концов, с ее стороны это уже неприлично!»
В ресторане ничто не напоминало о вчерашнем аншлаге: посетителей было мало, никто не танцевал, вместо оркестра играл граммофон. Анна пробежала глазами по лицам, и вдалеке разглядела кудрявый черный затылок Карла Шварца. Он сидел за столиком совсем один и с аппетитом уплетал жаренное мясо. Анна подошла.
- Здравствуйте, фройляйн Анна! – лучезарно воскликнул он, - Присаживайтесь скорее, составьте мне компанию.
Она села напротив. В глазах темнела тревога.
- А почему вы один, господин Шварц?
- То же самое я могу спросить у вас. Представьте себе, после вчерашнего праздника и некоторого приключения, произошедшего ночью (не стану досаждать вам неинтересными рассказами), я проспал едва ли не весь день! Вы думаете я ужинаю? Нет, я завтракаю! - он рассмеялся, - Никогда со мной такого не бывало, но должен признаться, я отлично выспался!
- А где же ваш друг и… моя подруга? – она тоже посмеялась, но смех вышел нервным.
- Я думал вы втроем куда-то ушли и не стали меня будить, - Карл отложил вилку.
- Вовсе нет. Весь день я проездила по делам совершенно одна.
- Значит Фридрих и Мария где-то гуляют вдвоем.
- И вы так спокойно об этом говорите? Уже поздно для прогулок.
- Не беспокойтесь, он сумеет ее защитить, - Карл снова приступил к еде.
- Да, но кто защитит ее от него?
Шварц замер и перестал жевать. Неприятное чувство кольнуло его в сердце.
- Глупости, - сказал он изменившимся голосом, - Простите меня великодушно, но вы, Анна, рассуждаете как старая монахиня, которая в каждом мужчине видит преступника. Ваши подозрения в адрес Фридриха оскорбляют меня, как его друга.
- А кто говорит о преступлении? Я боюсь, что Мария потеряет голову, а он подло этим воспользуется.
- Глупости! - решительно выдохнул Карл.