Грозовский смотрел на нее с жалостью и нежностью. На этом собрании присутствие Анастасии было так же неестественно и бесполезно, как неестественен цветок, зацветший в холодных камнях мостовой. Единственная женщина среди двух десятков мужчин, она не решала ничего, даже будучи вторым человеком в государстве и наследницей престола. Грозовский хотел бы поддержать ее, но вот беда – ее мнение явно не соответствовало мнению государя, а в открытую против государя Владимир Петрович ни за что не пошел бы. Он угадывал значение блеска в обычно тусклых глазах Павла Николаевича. Это был блеск жадности до военных побед.
«Я могу ошибаться. Лучше помолчу до поры» - решил военный министр.
- А я, несмотря ни на что, склонен поддержать Ее Высочество, - заговорил Южанский, - На дворе двадцатый век, мы не варвары. Любой конфликт и даже этот можно решить дипломатически. Я предлагаю попытаться еще раз: мы отправим посланника в Блекфорд с требованием официального диалога…
- Посланника? Чтобы они его тоже убили? – усмехнулся кто-то.
- Вы провокатор, Ваше Сиятельство! – тут же осадили его.
Послышался новый залп возбужденных голосов. Кто-то даже зааплодировал. В это время в зале появился Михаил Иванович Киселев, секретарь государя. Он бесшумно подошел к Павлу Николаевичу и прошептал ему что-то на ухо. Государь мгновенно изменился в лице. Он встал и обратился к присутствующим.
- Господа, если ранее у меня были сомнения насчет того, пойдем мы войной на Блекфорд или нет, то теперь они развеяны окончательно. Поступила информация, что последним местом, где появлялся господин Березин, была резиденция герцога фон Лейпца. Убийство принимает полностью политическую окраску. Я принял решение – мы вводим войска в Блекфорд. Наша цель – отстранить герцога Людвига фон Лейпца от власти. Далее жить с таким опасным соседом под боком мы не можем. Войне быть. Такова моя воля. Более вас не задерживаю.
Грозовский пораженно оглядел лица присутствующих. Воинственный лагерь ликовал, сторонники дипломатического пути покорно склонили головы. Одна Анастасия, бледная от возмущения, была готова продолжить спор с отцом. Когда все стали расходиться, великая княгиня упрямо осталась стоять на месте. Грозовский тоже медлил и не зря: из других дверей в опустевшую залу вошел Григорий Карелин. Его не было на заседании, но по лицу тайного советника было понятно – он подробно знал все, о чем здесь говорилось.
- Хорошо, что вы остались, - обратился государь к Грозовскому и Анастасии.
- Я не понимаю, зачем нужно устраивать эти регулярные сборища, если вы всегда все решаете в одиночку! – сказала она.
- Дело не в этом, - оборвал государь, - Григорий Алексеевич, говорите.
Тайный советник сделал шаг навстречу княгине.
- Ваше Высочество, кажется, мы знаем, где ваша дочь.
Анастасия нервно вздохнула, не в силах выронить ни слова.
- Только что мне пришла телеграмма, - продолжал Карелин, - Украшения, которые вы подарили Анне Максимовне, были сданы в ломбард в Блекфорде пару дней назад. Ювелир опознал их по клейму Государева алмазного двора и сообщил своему коронийскому коллеге, а тот уже нам. Анна Максимовна в герцогстве, и очевидно, стеснена в средствах.
Анастасия закрыла лицо руками и опустилась на ближайший стул.
- Ошибки быть не может? – спросил Павел Николаевич.
- Мы еще проверяем, но…
- Нет, не может, - перебила его Анастасия, - Как же я раньше не догадалась. Анна забрала фотографию своего отца. Я совсем недавно обнаружила пропажу. Сразу и не смекнула, что она может отправиться его искать.
- Почему же вы раньше этого не сообщили? – гневно спросил Павел Николаевич, - Как вообще возможно, что вы до сих пор храните память об этом человеке?
- Не ваше дело, Ваше Величество! – огрызнулась Анастасия, - В любом случае, вы победили. Теперь можете идти войной на Блекфорд, так и быть, но только затем, чтобы вернуть мне мою Анечку!
Она очень любила, когда последнее слово оставалось за ней, поэтому после громкой реплики поспешила покинуть залу. Теперь, в ее отсутствии, Грозовский почувствовал себя свободнее. Он перестал скрывать довольную улыбку.