«Одно знаю, - продолжал он свою мысль, вскочив, - больше досаждать ей я не стану. Если женщина говорит нет, это значит нет, иначе все мои попытки добиться ее любви превращаются в какое-то преследование – тягостное для нее и унизительное для меня.»
Гриндор вышел из комнаты, будто за ее пределами мог найти спасение или ответ. Больше всего ему сейчас хотелось чем-нибудь отвлечься от своих мучений.
Охотничий домик фон Лейпцев не был велик, поэтому Фреду досталась совсем тесная и скромная комнатка на верхнем этаже. «Чердак – самое место для нищего студента!» - иронически заметил Гриндор вчера, сравнив свою каморку с приличными покоями «хворой барышни» и «господина офицера Иовелийской Гвардии». Однако ж особого недовольства он не испытывал, в сложившихся обстоятельствах это даже не пришло ему в голову.
Снизу слышались голоса и шум. Обитатели усадьбы давно проснулись и занялись своими привычными делами: сутулый слуга с бородатым впалым лицом натирал пол на лестнице, горничная убирала пыль с картинных рам в коридоре. На втором этаже Фред, не останавливаясь, прошел мимо комнаты Анны, хотя сердце у него внутри так и подпрыгивало. Но сказано – сделано, он решил больше не одолевать ее ухаживаниями.
Фред спустился вниз и встал посреди гостиной, удивленно озираясь. Усадьба фон Лейпцев была точной копией загородной усадьбы его дядюшки, иовелийского короля. Этим жестом герцог Людвиг хотел выразить приверженность культуре и традициям родины своих предков, но на деле показал лишь отсутствие оригинальности. Тот же мрачный интерьер в серых, коричневых и изумрудных тонах, дорогая мебель из красного дерева и обилие разнообразных шкур и чучел животных, до жути правдоподобных.
Фред посмотрел на родовой герб фон Лейпцев, висящий над камином. Вчера, именно при взгляде на этот герб, он понял в чьем доме они с Анной и Карлом нашли приют. Фреду сделалось смешно: как должен был он напугаться за Анну, если не сумел сразу узнать Отто, сына блекфордского герцога, с которым в силу своего происхождения был коротко знаком. Еще смешнее – насколько должен был быть сбит с толку Отто, если тоже не признал его! Впрочем, то, что Отто не узнал Фреда вчера, вовсе не означало, что он не узнает его сегодня, на свежую голову. Этого Гриндору вовсе не хотелось, поэтому он старался избегать фон Лейпца и постараться как можно скорее прекратить пользоваться его гостеприимством.
В гостиную вошла экономка, чтобы вернуть ключ от кладовой в шкатулку на камине. Она пробежала по Фреду недоверчивым взглядом, и немного подумав, забрала шкатулку с собой. Бедный студент не нравился домоправительнице и не внушал ни капли доверия.
- Доброе утро, сударыня, - улыбнулся Фред.
- Для кого утро, а для нас уже день давно, - отозвалась экономка, - Коль хотите завтракать – подите справьтесь на кухне.
- Спасибо, я пока не голоден. Я хотел узнать, дома ли Его Светлость?
- Дома. Гость у него.
- Гость? – Фред напрягся, - Что же за гость?
- А вам что за дело? Товарищ Его Светлости из Ауры, мистер Кинсли. Только сегодня приехали, хотели у нас остановиться, да вот незадача – кто ж знал, что в один день ни одной свободной комнаты в доме не останется!
Фред ухмыльнулся и ничего не ответил на упрек. Он продолжил рассматривать убранство гостиной. Сочтя это за высшую дерзость от такого оборванца, экономка нарочито громко фыркнула, уходя.
«А что, если он меня все-таки узнал, только виду не подал?» – подумал Фред, - «Вероятность ничтожна – последний раз мы встречались года два назад, однако ж с чем черт не шутит. Возьмет товарищ герцог, и донесет моему дядюшке, где я есть и при каких обстоятельствах. Тогда несдобровать моему бедному Рихарду Винтеру.»