- У меня не было выбора. Он тогда бежал из страны. Мне тоже хотелось сбежать от своей позорной профессии.
- Ты любила его?
- Я любила тебя.
Фред достал папиросу и жадно закурил. Больше всего ему сейчас хотелось отделаться от невыносимого чувства вины.
- Он не просто мой друг, Берта, он мой наставник. Йозеф подарил мне идею, благодаря которой я из гулящей скотины превратился в подобие человека. Если бы не эта идея, сейчас я валялся бы в каком-нибудь борделе, нанюхавшись кокаина. Каким бы он не был, он спас мою душу. Разве могу я предать его?
Она молчала.
- Тебе нужно быть дома до того, как он вернется из порта.
Берта уронила лицо на колени и беззвучно заплакала. Фреду едва удавалось разобрать ее слова:
- Если я не нужна тебе, сделай доброе дело – застрели меня. Я не хочу так жить.
Фред с силой провел ладонью по лицу.
- Безумица, - сдавленно выдохнул он и отвернулся к окну.
Фред и Берта сильно вздрогнули, когда дверь вдруг растворилась.
- А чего это у вас не заперто?.. – Шварц едва переводил дух после скорого танца. Лицо его светилось легким румянцем, а в глазах будто еще отражался образ смеющейся Маши. Он напрочь позабыл, зачем вообще заходил к Гриндору, когда заметил Берту.
- Заходи, Карл, - сказал Фред в ответ на его вопросительный взгляд.
- Фрау Фальк? Что здесь происходит? Я не вовремя? – пробормотал офицер.
- Вовсе нет, ты очень кстати. Мне нужен совет. Скажи, что бы ты сделал, если бы жена твоего друга собрала вещи и пришла к тебе?
Карл молчал, переводя взгляд с Фреда на Берту и обратно. По испуганному, отчаянному лицу принца, он понял, что дело плохо.
- Понятия не имею.
- Я тоже! – почти закричал Фред.
- Я же сказала, - подняла глаза Берта, - Если я не нужна тебе…
- Умоляю, прекрати! – крикнул Гриндор, схватившись за голову.
Берта снова спрятала лицо и заплакала. Стараясь создавать как можно меньше шума, Карл сел за стол рядом с ней.
- Что случилось, фрау Фальк? Вы поссорились с мужем?
Берта только качала головой и плакала.
- Йозеф довел ее своей ревностью, - Фред ответил за нее и закурил вторую папиросу.
- Расскажите мне свои печали, - тихо продолжал Карл, - Вам станет легче, вот увидите.
Берта подняла на него огромные доверчивые глаза.
- Все началось с того дня, как вы пришли в наш дом. Он понял, почему я разбила тарелку. Он все чувствует и молчит. Только волком смотрит. Я говорю: «Ударь меня, может, легче станет», а он только смеется. Мне кажется, когда-нибудь, когда я буду спать, он воткнет мне нож в сердце.
- Бедняжка, - вздохнул Карл, - А ведь тогда, у вас дома, мне даже показалось, что он любит вас.
- Любит, да только любовь эта хуже самой лютой ненависти.
Берта немного успокоилась и отпила воды из стакана.
- А еще знаете, - ей вдруг захотелось говорить, - Йозеф до странности любит притворяться. Он делает это каждый день. Он одет как портовый грузчик, а внутри все еще барон: властный, себялюбивый, гордый. Это видно, как бы он не пытался скрыть. Я никогда не чувствовала его своим мужем, он хозяин, а я рабыня, которую он выкупил из другого рабства. Я не могу больше жить с ним. Я его боюсь.
Карл молчал, потом встал и подошел к Гриндору. Тот стоял у окна, недвижимый, словно изваяние.
- Что вы намерены делать? – спросил Шварц в полголоса.
Фред неопределенно подернул плечами.
- Йозеф уже наверняка вернулся домой, - тихо сказал он, - Он увидел, что Берта ушла с вещами и сразу же подумал обо мне. Сейчас ночь. Она пришла в мой дом. Сам понимаешь, как это выглядит. Измены он не простит. Мне остается гадать, когда он убьет ее: когда она вернется домой, или, когда он подкараулит ее на улице?