- Ага, как же! Глянь на них – одни мужики. А насчет орудий, пойди спроси, что у них в повозках.
- Но… может быть какие-то беженцы?
- Как бы эти беженцы на нас не побежали. - Крестьянин тихонько выругался и побрел обратно к дороге.
Неприятный комок застрял в груди у Карла. Ему сделалось страшно. Вереница путников все не кончалась. Крестьянин был прав. Это были коронийские солдаты, умело замаскированные под гражданских.
Вернувшись на дорогу, Карл увидел, что его спутник поворотил лошадь обратно.
- Что вы делаете?! – воскликнул Шварц.
- Не знаю, как вам, ваше благородие, а мне в Северске делать теперь нечего. Наторговался в этот раз.
- Постойте! Не смейте уезжать! Мы не знаем наверняка, куда шли те люди, не знаем кто они. Разве повод это менять свои планы?
- Для меня повод. Нечего нам, иноземцам, дергать смерть за усы, гуляя поблизости с коронийскими военными. Мало ли чем мы им не приглянемся, а я свой товар сохранить хочу, да и пожить еще немножко.
- Если боитесь, у меня при себе есть оружие! – продолжать уговаривать Карл.
- На револьверчик свой намекаете? – крестьянин расхохотался, - У них там под сеном, может быть, пушки лежат. Тоже мне, защитничек нашелся! Не тратьте сил попусту, ваше благородие, полезайте в повозку и вернемся в Блекфорд.
- Я в Блекфорд не вернусь, мне нужно в Северск! – Карл топнул ногой.
Крестьянин посмотрел на офицера, как на самое глупое в мире существо. Он молча вытащил его котомку из кузова повозки и поставил в снег.
- С дороги не сходите. Если поторопитесь, к ночи будете в Северске. Храни вас Солнце, - он забрался на козлы, хлестнул лошадь и покатился обратно.
- Трус ты и дурак! – крикнул Карл вслед удаляющейся повозке.
Шварц остался посреди лесной дороги в полнейшем одиночестве и отчаянии. Он приложил ладонь к сердцу. Письмо Анны острым уголком кололо грудь сквозь ткань рубашки. Нет, он должен добраться до Маши, должен поговорить с ней ради собственного счастья и ради Анны. Если для этого придется рискнуть жизнью, он рискнет. В чем, если не в этом, выражается настоящее рыцарское благородство? Карл упрямо поправил фуражку, приподнял воротник шинели от ветра и двинулся вперед.
* * *
Сумерки становились все гуще, но проклятому лесу никак не было конца. Карл едва волок ноги. Он замерз, в желудке отвратительно громко урчало, а котомка оттягивала руку. В голову невольно закрадывались малодушные мысли.
«Зачем я так страдаю ради девушки, которая даже не давала мне надежды? Ну приеду я к ней, а она возьмет и выставит меня за дверь. Что тогда? Нет, вздор. У рыцарей в Средние века выходило, выйдет и у меня. Мария ответит мне взаимностью, узнав про мой подвиг!»
Шварц резко остановился и прислушался. Щебет птиц умолк. С правой стороны в глубине леса трещали сучья.
«Медведь никак…» - выдохнул Карл.
Озябшими руками он достал револьвер из кобуры – проверил, точно ли он заряжен, а потом прибавил шагу.
Треск справа повторился еще громче, ближе.
«Неспроста птицы молчат. Это не медведь, а человек скорее»
Карлу сразу вспомнились десятки военных на тропе, которых он видел днем. Во рту появился сухой и липкий вкус страха. Карл не выдержал и бросился в противоположную левую сторону леса.
Ветки хлестали по лицу, ноги тонули в пушистом непримятом снегу. С ужасом Карл понял, что треск сучьев не отстает от него. Теперь он даже слышал тяжелое дыхание преследователя. Нескольких преследователей. Вампиры? Оборотни? Упыри? Кто знает, что за нечисть водилась в этих лесах. Холодный воздух обжигал горло. Карл едва ли что-то видел и понимал от страха.
Чья-то рука ухватилась за его воротник, останавливая. Ворот резко сдавил горло. Карл закашлялся. Он пытался вырваться, но не хватило сил. Его резко развернули лицом к себе. Карл увидел человека средних лет в крестьянской одежде, но усы и отсутствие бороды выдавали в нем солдата. Он что-то сказал, видимо, по-коронийски, Карл не понял.
- Отпустите! Я ничего не сделал! – бормотал Шварц, едва переводя дыхание.
Человек усмехнулся. Из-за его спины показался еще один корониец. Он зажег спичку и поднес к лицу Карла, чтобы разглядеть. Они о чем-то переговаривались между собой, пока усач продолжал крепко держать Карла за шиворот. Человек со спичкой в руках тоже что-то спросил.