- У вас всегда так холодно?
- Зимой да, - кивнул Краузе, - Но не извольте беспокоиться – вам не придется долго быть на морозе. Сальгейм вообще очень спокойное место. У нас редко что-то случается.
- О, об этом я догадался сразу. Меня бы не сослали в место, где есть что-то хоть сколько-нибудь интересное. Сальгейм для меня – нечто вроде чулана, куда запирают непослушных детей, чтобы они могли подумать о своем поведении.
- Хотел бы я с вами не согласиться, - полковник рассмеялся, - Да, вы совершенно правы. Я занял свой пост еще мальчишкой после смерти предыдущего коменданта. Сперва был исполняющим обязанности. Выслуживался перед начальством ужасно, ждал, что из столицы пришлют нового коменданта, а меня переведут на более приятное место. Видать, перестарался. В столице утвердили мою кандидатуру. Так прошло уже десять лет. В Сальгейме я женился. Здесь родились мои дети. Наверно, здесь я и умру.
Фред внимательно вгляделся в лицо полковника Краузе. Это был довольно молодой человек, но от чего-то ему хотелось добавить лишние 10-15 лет возраста. Старческим казался его добродушный обреченный тон, потухший взгляд, рыхлое тело в тулупе. Фреду стало не по себе. Простота рассуждений о смерти полковника Краузе впечатлила и немного напугала его. Только человек уверенный в том, что никогда не выберется из глуши, мог позволить себе такую прямолинейность в беседе с принцем.
Когда повозка поднялась чуть выше в гору, на горизонте обозначились очертания городской стены – серой, старой, обмерзшей с заветренной стороны. Из-за нее выглядывали бесформенные крыши башен замка. Одна из башен была разрушена почти на треть. Края пролома напоминали раскрытую к небу драконью пасть. Фред предположил, что разрушение это было результатом удара средневековой катапульты времен Северного завоевания. Сколько лет с тех пор прошло? Пятьсот? Шестьсот? Поражало другое – почему за столько лет никто не достроил сальгеймскую башню.
- Ваш замок не выглядит слишком уютным, - иронично заметил Гриндор.
- Да, Ваше Высочество. Сальгейм промерзает наполовину. Многие помещения из-за этого нежилые. На первом этаже у нас казарма для солдат. Офицерский же состав квартируется в городе. Вас я сперва хотел поселить у себя, но…
- Дайте угадаю: мой папенька в письме настоятельно рекомендовал вам со мной не церемониться, так? – принц зевнул. От холода его клонило в сон.
- Да, именно. Но не беспокойтесь, я уже знаю, где Ваше Высочество могут принять. Купец Ганс Фишман часто соглашается приютить у себя приезжих офицеров.
- А этот самый Фишман, вы уже сказали ему, кто я?
- Нет, не успел.
- Отлично. Я прошу вас вообще постараться не распространяться, что в Сальгейм приехал принц Гриндор. Думаю, вы понимаете. Отвратительно, когда все люди вокруг тебя ходят, пригнув колени, и боятся лишний раз поднять глаза.
- Как вам будет угодно, Ваше Высочество.
- И высочеством меня прошу тоже не называть, я этого не люблю.
- Но как же тогда мне к вам обращаться? – удивился полковник.
- Просто Фридрих. Вы может не знаете, в Королевской Гвардии, где я служу, так принято. Полк у нас элитный – что не офицер, то герцог или граф, и, дабы не сверкать знатными фамилиями, за пределами полка в общественных местах вроде рестораций и театров, мы зовем друг друга просто по имени.
- Как прикажете.
Повозка въехала за крепостную стену. Высокие, близко слепленные дома, почти смыкались над головой, от чего улицы больше напоминали коридоры лабиринта – тесные, витиеватые, затоптанные грязным снегом. Старинные покосившиеся фонари, окна из бычьего пузыря – на улицах Сальгейма будто застыло средневековье.
«Теперь даже не интересно» - думал Фред, - «Сальгейм выглядит ровно так, как я себе и представлял – полнейшая разруха.»
Вслед за полковником Краузе Гриндор нырнул в один из заметенных снегом дворов. Полковник постучал в окно и, не дожидаясь ответа, зашел в дом.
- Ганс, принимай гостя! – крикнул он.
Ответа не последовало. Лишь спустя несколько минут по шаткой деревянной лестнице в прихожую спустилась девушка.
- Здравствуйте, господин полковник, - она поклонилась, но без особого почтения, скорее по привычке.
Краузе смерил хозяйку взглядом.