- Только без глупостей, - сказал Гриндор.
Солдат дернулся, хотел бежать, но Фред крепко держал его за шиворот.
- Я же сказал, без глупостей. И не думай выкинуть листовку вниз. Хочешь, чтобы ее нашел кто-то из офицеров, и в крепости начался обыск? Хочешь подвести своих товарищей?
Солдат – мальчишка лет шестнадцати, испуганно замотал головой.
- Вот и славно.
Фред вынул из его рук лист и на всякий случай отошел подальше от края. Он пробежал глазами по строкам, сложил лист вчетверо и спрятал во внутренний карман шинели.
- Что со мной теперь будет? – спросил солдат.
- Если будешь оставаться дураком, скоро попадешь на каторгу и других за собой утащишь. А если будешь осторожен, то, может быть, доживешь до светлого будущего.
- То есть вы не сдадите меня коменданту?
- На кой черт мне это делать? Я тут человек временный. Я не знаю тебя, ты не знаешь меня. Считай, что мы не виделись.
- А как же…
- А бумажку твою я заберу себе. Уверен, ты знаешь, где взять еще. Ну, бывай, - Фред двинулся назад в замок.
- «Постройте Новый мир..!» – радостно крикнул ему вслед солдат.
- «…и начните с Иовелии!» - продолжил Фред знакомые слова.
8. История Юнны
Мучаясь от безделья и холода, Фред едва дождался вечера, когда можно было наконец отправляться домой. В его отсутствие Краузе и Фогель закончили короткий разговор с бутылкой виски и открыли пару новых, потому что к семи часам вечера оба были отвратительно пьяны. Фогель так и остался спать в мягком кресле в кабинете коменданта, бессовестно заявив, что сегодня он берет внеочередное ночное дежурство. Краузе же, несмотря на плачевность своего состояния, стал собираться домой. Фреда он вызвался подвезти по пути.
- Что же, неужели домой? – спросил Краузе. Его пухлое тело мешком растекалось по сидению повозки.
- А разве есть другие варианты?
- Ну… этот вариант любой мужчина держит в голове, - комендант сладко улыбнулся в пустоту так, что сразу стало понятно, что он имеет в виду.
Фреду не составило большого труда представить, как может выглядеть сальгеймский бордель, пускай даже самый лучший. Он не питал иллюзий, что всеобщая разруха обошла стороной подобные заведения.
- Нет уж, я лучше домой. И вам советую.
Краузе не ответил. Его сознание кружилось и путалось. От природы полковник не обладал крепким здоровьем, и семейный доктор не раз предупреждал его не злоупотреблять алкоголем. Сегодня Краузе явно перебрал и совершенно потерял голову. Его разум оказался маленькой рыбкой, попавшей в шторм. Изредка ему удавалось вынырнуть из волн хмеля, но они тут же накрывали его снова. Краузе совсем позабыл, что молодой офицер, сидящий рядом с ним, это иовелийский принц.
- Это точно. Вам лучше домой, - пробормотал комендант, - Ну же, признайте, замечательный я вам домишко-то подобрал, а? Тепло, сыто и такая девка под боком! Все в комплекте!
- Лучше замолчите, господин Краузе, - усмехнулся Фред, - Завтра, когда вы протрезвеете, вам будет ужасно стыдно за все сказанное.
- Перед кем мне стыдиться, мой юный друг? – буянил полковник, - Я никогда не выберусь из этой глуши, у меня нет перспектив, нет будущего! Для кого мне стараться? Зачем? Гори огнем этот поганый Сальгейм со всем местным сбродом, я пальцем не пошевелю. Ничего я делать не буду…
Гриндор желчно засмеялся. Теперь он окончательно утвердился в своем отвращении к полковнику Краузе. Пьяные речи коменданта вполне объясняли и башню, которую никто так и не удосужился достроить за пятьсот лет, и разруху, царящую в гарнизоне. Город загнивал и медленно уходил на дно. Что делать? Подать жалобу на Краузе? Можно. Но зачем? Фред достаточно путешествовал по родной стране и наверняка знал, что не один Сальгейм, а вся Иовелия застряла в болоте средневековья и воинственно отказывалась из него выбираться. Чтобы спасти страну требовались меры куда более масштабные, чем просто снятие с должности одного нерадивого коменданта.