- За-зачем? Не нужно, - зашептала Анна, - Оно только ваше!
- Возьми, Анечка. Я хочу, чтобы ты всегда знала, что вовсе не незаконнорожденная. Ты была рождена в законном браке. Я венчалась с твоим отцом в церкви, я любила его, а он любил меня. Он был замечательным, талантливым, смелым человеком. Он был достоин меня, даже не будучи принцем. У тебя могли бы быть родители, счастливое детство…
Анна взяла из рук Анастасии кольцо и с чувством прижала к губам. Несколько мгновений она колебалась, стоит ли это делать, но эмоции все же взяли верх над тем, чему ее учили. Анна сняла с шеи цепочку, спрятанную под одеждой. Церковная подвеска с солярным символом, считавшимся святым у коронийцев, скатилась ей на колени, но Анна не стала ее поднимать. Вместо нее она продела цепочку в кольцо и надела на себя.
- Любовь – главная святыня, только на нее и стоит молиться, - сказала она в ответ на немой вопрос матери.
Анастасия посмотрела на дочь пронзительно, пораженно. Ее глаза так и говорили: «Ты права, как же ты права!», но губы не проронили ни слова. Закрыв лицо руками, она несколько раз всхлипнула с такой безысходностью и болью, какая в ней только была, после всего пережитого горя.
- Ты говорила, что я жестока, – продолжала великая княгиня, когда к ней вернулась способность говорить, - Теперь ты понимаешь, почему я такая? Понимаешь, почему я никогда не жалею Александра и своего отца? Они сломали мне жизнь, отобрали все, что могли отобрать. И Костя…. Господи, мой мальчик! - Анастасия снова закрыла лицо руками, безуспешно пытаясь совладать с рыданиями.
У Анны дрожали губы, глаза стали красными. Пару мгновений она сидела в напряженном замешательстве, и наконец не выдержала. Вся нежность, любовь и тепло ее юной души, которые она так глубоко и долго прятала, вырвались наружу и едва не разрывали ей сердце. Она бросилась на колени рядом с креслом Анастасии и обняла ее так крепко, как никого и никогда.
- Мама, мамочка! Не плачь, не надо. Я очень люблю тебя, очень люблю…
Анастасия обхватила ее лицо руками, посмотрела так, будто не расслышала или не поверила.
- Анечка, ты… ты наконец-то назвала меня мамой. Ты никогда раньше меня так не называла… - и прижала дочь к сердцу.
12. Возвращение блудного принца
Над Ивельдорфом нависала густая январская ночь. Лейтенант Королевской Гвардии Карл Шварц сидел за столом в своей бедненькой комнате, запустив пальцы в короткие черные кудри. Он пытался писать стихи, но выходило у него дурно. Уже несколько минут Карл мучительно подбирал рифму к слову полночь. Все было тщетно. Вдохновение покинуло Шварца и явно не собиралось возвращаться на ночь глядя, а все потому, что молодой человек вовсе не хотел сейчас сидеть дома. Фантазия живо рисовала перед его глазами желаемое: вот он вырывается из своей каморки, встречается с шумной компанией друзей-офицеров и едет в хорошенький ресторанчик в центре столицы. Там бы Карл досыта наелся и напился, а потом может быть прочитал свои стихи какой-нибудь миленькой девице в более уютной атмосфере… Все это было осуществимо в тот же миг, если бы не одно но – у Шварца почти не оставалось денег.
В Гвардии за Карлом твердо закрепилось прозвище «соломенный граф». Такое название молодой человек находил весьма обидным, однако ж оно как нельзя лучше объясняло его происхождение. Он не был дворянином, но дворянская кровь в его жилах все же текла. Мать Шварца, урожденная графиня Адалина фон Штерн происходила из одного из древнейших в Иовелии дворянских родов. Графы фон Штерны упоминались в летописях, относящихся еще к XII веку, и творили историю своей страны на поле битвы, о чем свидетельствовали сложенные в те времена саги.
Графиня Адалина была еще совсем юной, когда родители ее погибли, а единственной родной душой остался брат Альберт десятью годами старше. Жили они дружно и весело. Альберт души не чаял в младшей сестре. Его стараниями Адалина получила замечательное образование, которым могла похвастаться далеко не всякая девушка в Иовелии. Рано выдавать сестру замуж Альберт тоже не спешил. Он обещал ей, что вопреки традициям Адалина сама выберет себе мужа. Графиня отлично запомнила это обещание.
Однажды она пришла к брату и объявила, что нашла себе достойного мужа. Выбор Адалины пал на Дерека Шварца, с которым она случайно познакомилась в церкви. Шварц был простолюдином и служил на почте секретарем. Альберт часто замечал его у ограды дома с цветами в руках, но особого внимания на жалкого поклонника сестры не обращал. Графу даже в голову не приходило, что Адалина ответит на чувства секретаря. По понятным причинам Альберт выбора сестры не принял – такой очевидный мезальянс бросал тень на весь род фон Штернов и делал его мишенью для пересудов. Брат и сестра страшно поссорились. В конце концов Альберт сказал, что не желает ее знать и велел убираться из дома. Приданого он ее лишил. Адалина гордо ушла. Через пару дней она венчалась с Дереком Шварцем в часовне на окраине города. Бедная ее свадьба прошла безрадостно. Во время церемонии невеста то и дело оглядывалась на дверь, но самый желанный гость на ее торжество так и не явился.