- Что ж, Петр Афанасьевич, удалось вам узнать имя автора письма? – спросил Павел Николаевич.
Южанский стоял перед государем, виновато сутулясь.
- Выясняем, Ваше Величество. В письме использовался специальный шифр, применяемый в коронийском делопроизводстве.
- Стало быть, наш неизвестный осведомитель – государственный служащий? – изумился государь.
- Именно так, Ваше Величество. Он сокрыл свое имя, должно быть из соображений безопасности. Мы отправили запрос в посольство в Блекфорде, но там лишь руками развели. Господин посол по моему приказу допросил всех сотрудников представительства, однако же это не дало ничего нового. Министерство продолжает проверку.
- Это все?
- Все, Ваше Величество.
- Скудно, Петр Афанасьевич, очень скудно, - вздохнул Павел Николаевич, жестом разрешая Южанскому садиться, - И где Карелина черти носят? – прибавил он как бы про себя.
«Снова он своего любимчика дожидается!» – поморщился Грозовский, - «Надо же, второй человек в государстве нашелся. Выскочка!»
- Это какую наглость надо иметь, чтобы не явиться по приказу государя?.. – сказал он вслух, обращаясь к Южанскому, нарочно, чтобы услышал Павел Николаевич.
Дверь открылась, впуская согнутую в поклоне фигуру секретаря Киселева.
- Ваше Величество, Его Превосходительство, господин тайный советник пожаловали.
Павел Николаевич заметно приободрился.
- Ну наконец-то! Зовите, Михаил Иванович.
Киселев немедленно уступил дорогу гостю. Карелин вошел в залу заседаний слишком скорым, неприличным по этикету шагом и низко склонился перед государем. В руках у тайного советника была папка, из которой неаккуратно торчали уголки наспех собранных документов.
- Позволяете себе опаздывать, Григорий Алексеевич? – укоризненно ухмыльнулся государь.
- Виноват, Ваше Величество, - Карелин снова склонил голову. Он едва переводил дыхание после слишком скорого подъема по лестницам, - Я задержался из-за служебных дел.
- Надеюсь, оно того стоило?
- Так точно, Ваше Величество. Моему ведомству удалось найти чрезвычайную информацию.
- Да что вы! Что ж, порадуйте меня. Довольно я здесь уже бессодержательной ерунды наслушался. – От этих слов министр Южанский нервно сглотнул, - Давайте так, Григорий Алексеевич: я сжалюсь и не накажу вас за опоздание, если вы сообщите нам имя автора зашифрованного письма.
- Его имя – Андрей Березин, - не задумываясь отчеканил Карелин.
Государь изумленно приподнял брови и выпрямился в кресле. Грозовский вытаращил глаза. Южанский пораженно вскочил. Его профессиональное самолюбие было оскорблено.
- Уж не о том ли господине Березине вы говорите, что служит в нашем посольстве в Блекфорде?
- Именно о нем, Петр Афанасьевич. Он, кажется, ваш подчиненный?
Южанский кивнул и сел на место. Карелин ни капли не сочувствовал его промаху. Он поправил бумаги в папке и почтительно положил ее на стол перед государем.
- Вот как надо работать, господа! - Павел Николаевич не скрывал довольной улыбки, - Порадовали вы меня, Григорий Алексеевич! С вашим отчетом я ознакомлюсь позже. Лучше доложите на словах.
- Как скажете, Ваше Величество, - Карелин сдержал победную улыбку и начал доклад, - Андрей Андреевич Березин – молодой человек двадцати семи лет от роду, рядовой служащий посольства. Родился в Блекфорде; в раннем детстве его семья перебралась в Иваноград, где Андрей Андреевич получил образование, поступил на службу в министерство по протекции отца и позже был отправлен в дипломатическое представительство на историческую родину, то бишь в Блекфорд. За два года службы в посольстве Березин не был замечен ни в успехах, ни в ленности, этакий середнячок. Я не удивлен, что на него никто не подумал. Чтобы узнать, в чем дело, нужно было копнуть глубже, в родословную Березина. Мои люди это сделали. Выяснилось, что матушка Андрея Андреевича приходится ни больше ни меньше, как молочной сестрой самому блекфордскому герцогу, Людвигу фон Лейпцу, с которой Его Светлость очень дружен и по сей день. Само собой, и с сыном своей молочной сестры господин герцог коротко знаком. Мы выяснили, что Андрей Андреевич, в тайне от начальства разумеется, был даже вхож в дом герцога.