Выбрать главу

            Министры и тайный советник молчали, едва ли веря своим ушам. Первым дар речи вернулся к Карелину

            - Позвольте осведомиться, Ваше Величество, какой же у вас план насчет Блекфорда?

            - Очень простой, Григорий Алексеевич. Фон Лейпц и его заморские союзники готовят авантюру против нас, поддерживают наших повстанцев. Мы им этого так просто не спустим. При первой же удобной возможности мы введем войска в Блекфорд. Герцогству пора возвращаться домой.

            - Позвольте, но это ведь настоящее вероломство. У нас и без того натянутые отношения с Северными державами, - возмутился Южанский, - Это может усугубить многосторонние отношения в регионе. Нас ждет всемирное неодобрение.

            - Что нам весь мир, граф, когда мы сами полмира? – Карелин быстро смекнул, о чем говорит государь.

            - Верно, - Павел Николаевич едва заметно улыбнулся, - Тут ведь как посмотреть, господа. Захват суверенного государства – это, безусловно, международное потрясение. Но разве Блекфорд суверенное государство? Кого угодно спросите. Ауриец высокомерно ответит вам, что Блекфорд – не что иное как аурийский порт на материке. Иовелиец со свойственной им обстоятельностью докажет вам, что Блекфорд сателит Иовелии, а герцог фон Лейпц вассал его короля. Я же – корониец, и хорошо зная историю своей страны, утверждаю, что Блекфорд – исконно коронийская земля, утерянная нами лишь на время. Спрошу еще раз: разве Блекфорд суверенное государство? Вовсе нет. А коли так, всякий может забрать его себе. Я предлагаю вам всего лишь опередить наших соперников и сделать это первыми. Однако ж, пока это лишь смелый проект. Поживем – увидим. Быть может, Григорий Алексеевич прав, и Березин вовсе не был убит…

            Тихий хлопок двери прервал эту беседу, приобретающую все более скандальное и секретное содержание. Вошла Анастасия. Министры немедленно склонились перед ней. Она пробежала по лицам присутствующих встревоженным отчаянным взглядом и остановилась на отце. Он взглянул на нее исподлобья. Минутная радость предстоящих успехов и надежд развеялась. Реальность была горька.

            - Петр Афанасьевич, Григорий Алексеевич, прошу вас оставить нас, - сказала княгиня.

            - Нет, господа, я прошу вас остаться, - государь остановил их, когда они уже собирались вставать.

            Анастасия смирила отца негодующим взглядом, но не стала протестовать. Она села за стол рядом с Южанским. Это было невиданное доселе явление, чтобы Анастасия нарушала аудиенцию государя с министрами, но сейчас было такое время, когда что угодно могло подождать ради семейных дел.

            - Действительно, так даже лучше, - прокомментировала великая княгиня, - Господа, позвольте отвлечь вас от внешней политики. Поговорим о деле более важном чем военная игра. Я пришла получить отчет о том, как продвигаются поиски моей дочери.

            Повисла гудящая тишина. Государь молчал, Карелин и Южанский неловко переглянулись. Чтобы исправить это Грозовский встал и заговорил со всей деликатностью, на которую только был способен.

            - Мы ищем ее, Ваше Высочество. На поиски брошены сотни единиц личного состава. Мы делаем все, что в наших силах, но лгать вам я не стану – дело плохо. Мне кажется, госпожа Крылова сделала все, чтобы ее не нашли. Предположительно, ее нет в городе. Сейчас, как вы и советовали, мои люди ищут ее по театрам и циркам, Анна Максимовна ведь увлекается актерским мастерством. Нам так же стало известно, что на следующий день после побега Анны пропала ее пансионская подруга, Мария Андреева. Возможно, девушки уехали куда-то вместе.

            - С чего вы взяли, что они уехали? – Анастасия нервничала, - Может быть, они прячутся у кого-нибудь в Иванограде, может быть это вообще совпадение, и Анна сейчас где-то совсем одна?!

            - Мне стало бы проще, если бы вы сообщили еще хоть что-нибудь о вашей дочери, - сказал он совсем ласково.

            - Я ничего не знаю, я совсем ничего о ней не знаю! - простонала она. - Не знаю, с кем она дружит, в кого влюблена, о чем мечтает. Я знаю только, что ужасно виновата перед ней. Бедная моя девочка!

            Внезапно Анастасия обернулась к Южанскому и почти взмолилась: