Анастасия болезненно вскинула глаза на отца.
- Нет, Ваше Величество, это только ваша вина. Именно вы не дали мне узнать мою дочь, именно вы виновны во всех бедах нашей семьи. Вы так виновны, что вины своей не искупите никогда. Этого я вам не прощу. Есть вещи, за которые не прощают. Молитесь, чтобы Анна нашлась.
4. Бандиты
После обеда Анна и Маша собрались на поиски Максима Крылова. Алекса вызвалась было проводить их, но хозяйка совсем некстати отправила ее в салон заказать новые занавески. Девушкам пришлось идти вдвоем. В руках Анна держала фотографию отца и бумагу с его адресом. «Блекфорд, западная окраина, Портовый переулок, 20» - было выведено заостренным почерком.
- Если Портовый переулок, значит это где-то не далеко от порта, - сказала Маша.
- Но окраина означает, что это где-то в пригороде.
- А побережье это и есть окраина. К тому же, насколько я помню с уроков географии, море омывает Блекфорд именно с западной стороны.
- С северо-западной, - уточнила Анна.
- Не важно, пойдем на запад, там у местных узнаем.
И девушки отправились в путь. Брусчатки в этом районе не было, вместо нее был положен деревянный настил для пешеходов. На досках схватился тонкий слой льда. Чтобы не упасть Маша и Анна крепко держались подруку и старались идти осторожно. Ботинки Маши оказались ужасно скользкими. Она то и дело поскальзывалась, но Анна успевала ее поймать, и обе всякий раз смеялись.
- Представляешь, несколько ней назад мне снова написала моя кузина Света. Помнишь, я тебе про нее рассказывала… - начала было Маша.
- Та самая, которая обратила тебя в феминистическую религию? – перебила Анна.
- Ну да… Аня, какая ты насмешница! Причем тут религия?
- При том, что твоя Света уж слишком радикальна и относится к феминизму именно как к религии. Везде ей мерещится насилие и эксплуатация патриархата над женщинами. Даже там, где его вовсе нет. Помню, как в прошлом письме к тебе она называла всех мужчин чудовищами и призывала вовсе никогда и ни при каких условиях не выходить замуж. Меня это тогда поразило. Какое право она имеет тебе указывать? А что если ты полюбишь какого-нибудь порядочного человека, он позовет тебя под венец, а ты под воздействием идей своей кузины откажешь ему и упустишь свое счастье?
- А по-твоему счастье непременно заключается в замужестве?
- Нет, в любви. Это немного другое.
- Глупости какие! Говоришь как женщина из прошлого века. Давно уже известно, что счастье заключается в самореализации. Человек может быть счастлив, только когда исполнит свою мечту, добьется признания, совершит что-то важное…
- Я говорю глупости? – Анна приподняла брови, - А ты говоришь как двенадцатилетний мальчишка, мечтающий открыть в океане новый материк. Всемирная слава и даже все золото мира, никогда не заменят любви родного человека, не обязательно мужа – неважно кого. Можно быть тысячу раз успешным, талантливым, богатым, но абсолютно несчастным. Именно поэтому кто-то из классиков и сказал, что великое искусство всегда рождается от великого страдания.
- Классики могут говорить все, что им вздумается, но я уверена, что обязательно буду счастливой, когда стану инженеркой.
- А я уверена, что очень скоро ты влюбишься в какого-нибудь мальчишку и потеряешь голову. При этом мне он непременно не понравится, но ты не станешь меня слушать. Так и вижу картину: вчерашняя феминистка товарищ Андреева, а сегодня всего лишь Машенька, сидит и с неподдельной нежностью вышивает на платке инициалы своего возлюбленного!
- Несносная. Какая же ты ядовитая несносная лгунья! – почти взвизгнула Маша. Анна от души хохотала над возмущением подруги, пока прямо в лицо ей не прилетел снежок.
- О, да вы объявили мне войну, сударыня! – воскликнула она, утираясь, - Ну что ж, победа точно не достанется вам малой кровью!
Две благородные и прогрессивные барышни мгновенно превратились в маленьких детей и стали закидывать друг друга снежками. Солоноватый пьянящий запах свободы заставил обеих отвлечься от первоначальной цели путешествия и просто радоваться жизни. Густой навес облаков скрывал давно уже рдевшее закатом небо. Девушки опомнились лишь когда стемнело. Черная пелена совершенно неожиданно наползла откуда-то из-за спины и сомкнулась за низкими деревянными постройками. Улица заметно опустела, и в домах за мутными окнами зажглись огни.