- Но что?
- Не знаю. Документы на месте, деньги тоже… О нет…
- Что, что-то попало? – Маша выглянула из-за плеча подруги.
Анна сидела на полу перед кучей бумаг, которые сама же сейчас разбросала, с побелевшим от негодования лицом.
- Отцовская фотокарточка. Ничего больше не взяли, только ее.
- Но кому она могла понадобиться?
- Понятия не имею. Будто издевается надо мной кто-то. Сначала кольцо, теперь фотография. Единственную память об отце украли. Когда я его найду, как докажу, что правда его дочь?..
- Нужно идти в полицию, - решительно сказала Маша.
- Если бы было можно, я бы заявила в полицию на тебя! – вспыхнула Анна, - Ты не заперла дверь, когда уходила, ведь так?
- Прости, привычка еще с пансиона, - Маша потупила виноватый взгляд, - Моей беспечности нет прощения.
- Да, впредь мне нужно быть осторожной, - пробормотала Анна, не слушая подругу, - Вокруг меня что-то происходит, и оно явно не сулит ничего хорошего.
* * *
Непроглядная ночь опустилась на Блекфорд. Город и все его обитатели будто растворились в ней. Не было ни дождя, ни снега. Глядя в окно, появлялось ощущение, что снаружи совершенно ничего нет. Улица, город и море за ним будто растворились в густом непроглядном мраке.
Вторую ночь Анна не находила покоя, и если вчера на то была объективная причина, то сегодня ее не было. В самом деле, это уже просто было вредно для здоровья. Но Анна не могла ничего с собой поделать. Сон к ней не шел. Ее взгляд то и дело тянулся к ящику стола, туда, где вчера она оставила тетрадь.
Это похоже на новое пристрастие. Бумага стала единственным другом, которому я могу поведать все. Конечно, это опрометчиво, как и любая попытка откровенничать. Сегодня я убедилась, что в Блекфорде так же как и во дворце, нахожусь под бдительным контролем. Они рылись в моих вещах, они украли фото отца. Но кто – они – я не представляю. Если это люди государя, то зачем им заниматься такими пустяками? Вряд ли я узнаю ответ на эту загадку. Остается только ни на миг не терять бдительности и самообладания.
Но как однако это сложно в моем положении! Я буду жалеть, что пишу это, я уже жалею – но бедное мое сердце готово разорваться. Я глупо устроена. Почему я не расскажу все Маше, не объясню, что такое Фред Гриндор, что он значит для меня и чего я боюсь? Сегодня дважды пыталась заговорить с ней об этом, но оба раза мой язык обращался в камень и отказывался слушаться. Я не могу. Я не хочу открывать ей своего сердца. Я боюсь ей доверять. Мне остается лишь наблюдать, как Маша влюбляется в него. Наблюдать и молчать. Сегодня она ходила с ним на прогулку, и вернулась вся сияющая, трепещущая. Ее ноги едва касались земли, она летела. Невольно я подумала, что было бы, окажись я на ее месте, была бы и я так счастлива?
Я ужасно злюсь, никогда так сильно не злилась. Я почти ненавижу эту тупоголовую девчонку, хотя не имею на то никакого права. В этом спектакле виноват он, он один. Не знаю, зачем ему это нужно. Либо он хочет причинить мне боль, либо просто забавляется с Машей, словно она уличная девка. Она сама виновата в таком к себе отношении. Тоже мне, феминистка! Хихикает с ним, локоны на палец вьет, бесстыжая!
Вот, опять я злюсь на нее. Чего я, в самом деле, добиваюсь? Неужели это ревность? Господи, какая мерзость, до чего я дошла! Ревновать такого редкостного мерзавца, лгуна, шута горохового к моей глупой, жалкой Маше! Мне должно быть стыдно. И мне стыдно. Невыносимо. Я не могу видеть их вместе, не знаю куда деваться.
Единственной отдушиной для меня стала весть о сестре. Сердце заходится при мысли, что уже завтра я могу отыскать своих родных. Подумать только, у меня есть младшая сестра! Жаль, я совсем ничего о ней не знаю: сколько ей лет, как ее зовут. Наверно, я мечтаю отыскать в ней новую верную подругу, ведь доверять Маше как прежде уже не могу. Интересно, какая она, моя сестра? Верно, еще мала, не мог же отец жениться сразу после расставания с Анастасией Павловной. Скорее всего они в стесненных обстоятельствах и мне придется пойти работать. Пойду хоть в прачки, лишь бы быть с ними! Господи, нет в жизни ничего важнее семьи, нет человека более святого, чем человек, всем сердцем любящий другого! Как я хочу полюбить!