– Успокойся, пожалуйста. Я твой отец, – сказал Шнейдер, и глаза его наполнились слезами. – Прости меня, дочка. Случилось то, что случилось. Прошлого не вернуть и не исправить. Я расскажу тебе всё с самого начала, а ты сама сделаешь выводы, – говорил он, присаживаясь рядом и беря Ирину за руку. – Мы с мамой очень любили друг друга. На нашей свадьбе были не только наши друзья, но и знакомые семьи. Илья Громов был среди гостей, он дружил с моим старшим братом. Мы со Светой после свадьбы работали в одной больнице и жили с моей мамой. Примерно через год, Илья обратился за помощью, я помог и получил первые деньги. Деньги были не за работу, а за риск – операция была подпольная. Потом это случилось ещё раз и ещё. Илья не был кровожадным, жестоким, но время было такое. Да, он был очень жёстким, но справедливым. О нём ходили разные слухи, но я знал, какой он на самом деле. Если бы ни его любовь к твоей маме, он не стал бы мне помогать. Он любил твою маму, она любила меня, а я ей изменил и не один раз. Мама устала от моих загулов и отомстила мне с Ильёй. Так на свет появилась Настя. Я думал, всё наладится, но Света сама себя не простила и потребовала развода. Мама переехала с вами в дом, купленный Ильёй на её имя, а я остался в квартире матери. Да, закон я нарушил, но не один человек у меня на столе не умер. Я просто делал своё дело, меньше всего думая, кто передо мной, так как знал, что Илья Петрович Громов не криминальный тип. Но всё тайное, как говорят, становится явью. Мне могла грозить тюрьма и приличный срок. Я рассказал обо всём Светлане. Она догадывалась о моей «деятельности», а узнав точно, решила, что мне будет проще всего исчезнуть. «Тебе нельзя в тюрьму, Сергей. Ты не выживешь там. Поставишь крест не только на своей карьере, но и клеймо на мне и дочерях. Мне проще будет знать, что ты жив и здоров, пусть и не рядом, чем получить известие о том, что ты умер на зоне, – говорила она. – Вы обсудите это с Ильёй. Ты помог ему, теперь его очередь помочь. О девочках и матери не беспокойся – я справлюсь, но исчезни так, чтобы тебя не нашли». Мы развелись. Илья Громов вывез меня в соседнюю область, а дальше я «путешествовал» сам. Документы у меня были настоящие, и на работу, за несколько тысяч километров от дома, в районную больницу я устроился без проблем. Через полгода женился на русской немке, взяв фамилию жены и начал готовиться на ПМЖ в Германию. С октября две тысячи первого года я живу здесь. Работал санитаром, учился и учил язык. Из семнадцати лет проведенных в Германии, получил приглашение в эту клинику пять лет назад. Мне сорок девять лет. Кое-чего я добился, приёмные дети живут самостоятельно, а своих детей у меня больше не было. Мама тебе не рассказывала обо мне?
– Мамы больше нет, как и бабушки, – ответила Ирина, положа свою вторую руку на руки отца. – Ты уехал на рыбалку и пропал. Через определённое время тебя признали умершим и нам с Настей назначили пенсию. Это всё, что я знала. В доме не осталось твоих фотографий, кроме наших семейных фото. Четыре года назад я узнала, что тебя и не искал никто. Заявление бабушка подавала, но ему не дали хода. Ты знал Олега Зимина? Он работал в полиции.
– Он учился вместе с нами в школе и был тайно влюблён в твою маму. Почему ты спросила о нём?
– Скажем, он преследовал нашу семью. Это он сказал мне, что тебя никогда не искали. Для порядка маму иногда приглашали на опознание, но это была чистая формальность. Из-за него умерла мама в апреле две тысячи четырнадцатого. Позже бабушку свалил инсульт. Только и его Бог наказал. Я его толкнула, а он неудачно упал, разбив голову. Мама так и не вышла больше замуж, – грустно говорила Ирина, глядя на отца и замечая на его щеках скупую слезу. – Пап, не надо. У нас всё нормально, если бы ни эта травма. Кто знает, как было бы останься ты с нами? Случилось то, что случилось. Я не могу тебя осуждать или обвинять. Ты жив, здоров, меня на ноги поставил – это уже хорошо. Пусть прошлое останется в прошлом.
– Как же ты справилась со всем этим одна?
– Я оформила опеку на Настю. Громов помогал маме, потом мне. Мы долго не знали, что он отец Насти. Бабушка случайно проговорилась, когда мне было почти восемнадцать. Сейчас Ася с ним общается. Я окончила университет, работаю переводчиком третий год, работа нравится. Настя оканчивает третий курс. Мы продали дом и живём каждая в своей квартире. Скажи: как могло случиться, что Олег Иванович нашёл именно тебя?