– Ты сам будешь разговаривать или хочешь, чтобы это сделала я? В любом случае прежде нужно поговорить с доктором. Расскажи мне о мальчике. Поехали.
Вдвоём они поговорили с доктором. Он и сказал, что пациент уже знает о смерти дочери: – «Наше сарафанное радио сообщило ему новость о самоубийстве Виктории Шалимовой, приукрасив его причиной и подробностями». Решили, что новость о наличии внука, Аркадию Павловичу сообщит Ирина.
– Здравствуйте, – сказала она, войдя в палату. – Меня зовут Ирина Платонова. Можно мне присесть?
– Присаживайся. Ты хочешь, девочка, услышать от меня слова раскаяния? – тихо спросил Шалимов. – Я раскаиваюсь. Мне стыдно за выходки дочери, которые не укладываются в моей голове. Мне очень жаль, что ко всему, что произошло с тобой, Ника приложила руку. Прости. Она сама себя наказала.
– Не будем говорить плохо об ушедших. Я здесь с другой миссией и хочу, чтобы Вы меня послушали и услышали, – сказала Ирина и пересказала то, что услышала от Максимова. – Я ни на чём не настаиваю, ни о чём не прошу, Вы сами решите этот вопрос. Я не видела своего отца восемнадцать лет, а теперь мы дружим, пусть и на расстоянии. Важно не только то, кто с тобой рядом, но и то, кто кому рад.
– Мальчик знает обо мне? – спросил Шалимов, глаза которого наполнились слезами.
– Он слишком рано стал взрослым и многое понял, когда его мать и Ника ругались, выясняя отношения. С ним работал детский психолог. Он предпочитает жить с матерью, которая выпивает, но лишать её материнских прав нет оснований. Одни теряют голову от спиртного, а у Игнатовой она на месте. Вам стоит пообщаться с парнем, может подружиться – это ваша кровь. Здесь его номер телефона. Извините меня за беспокойство.
– Вы кого ждёте с Андреем?
– Дочку. Дарья Андреевна родиться через месяц, – улыбнулась Ирина. – Поправляйтесь. Вам есть ради кого жить. Говорят, что внуков любят сильнее, чем детей.
Прошёл месяц. Вечером Ирина почувствовала слабые боли внизу живота.
– Андрей, кажется, пора. Отвези меня в клинику или вызови неотложку.
Глава 13
Девочка весом три восемьсот и ростом пятьдесят один сантиметр родилась двенадцатого июня в три пятьдесят. Это была самая длинная ночь в жизни Андрея Платонова. Уже в десять часов он навестил жену.
– Ты у меня молодец, – говорил он, целуя жену. – Когда я смогу её увидеть? К тебе целая очередь выстроилась. Все хотят поздравить.
– Распредели сам очерёдность, – улыбнулась жена. – Зоя Васильевна меня уже поздравила. Скажи: у нас что-то случилось?
– Неделю назад мать Артёма отравилась палёным алкоголем. Сейчас Шалимов оформляет опеку над внуком. Вчера мы с ним встречались. Он составил проект завещания, по которому в случае его смерти, я становлюсь опекуном Артёма, а всё его состояние переходит нам в равных долях. Я его не понимаю. Должны же у него быть свои родственники или жены. Почему я?
– Это Аркадий Павлович поторопился. Он крепкий мужчина и сделал это, скорее, ради своего спокойствия. Возможно, у него нет родственников, или он им не доверяет. Это всё?
– Артём мой брат, – тихо сказал Андрей. – Я заметил его сходство с собой, посмотрев старые свои фотографии, и под шумок сделал экспертизу на родство. Я знал, что он родился в десятом году, что в это время я не был знаком с его матерью и вообще не был в России, но что-то меня смущало. Ириша, что мне делать?
– Успокоится. Роман вырос без твоего участия. Будет Артём к тебе тянуться – подумаем, но не навязывайся. Ему для начала хватит одного деда, чтобы адаптироваться к новой жизни, – беря мужа за руку, говорила улыбающаяся Ирина. – Ты не можешь упрекать отца, а как сказать об этом, подумай. Возможно, он и не догадывается о существовании сына. Как к этому отнесётся Елена Анатольевна? Какие сложатся отношения между Платоновым и Шалимовым, которые дружили ни один год, и один из которых спал с дочерью другого? Была ли это случайная связь или роман? Не спеши, подумай, поговори с отцом о Нике, не касаясь Артёма. Если будет нужно, я тебе помогу, только не торопись. Игнатова говорила Максимову, что Ника никогда не видела парня и пришла к ней впервые. Мне почему-то кажется, что она и не подозревала об отцовстве Платонова, иначе бы обернула это в свою пользу. Тебе так не кажется?
– Здесь ты можешь оказаться права на сто процентов. Значит, пока закрываем этот вопрос? Нашу малышку принести. Можно мне её подержать? – спросил он медсестру, вошедшую с ребёнком.
– Попробуйте приложить дочку к груди, а потом передадите папе. Я зайду позже, – ответила та, положив девочку на руки матери.