— Конечно. Секунду. — Через мгновение Галлея вернулась с маркером.
Я взял его.
Наши пальцы соприкоснулись, и у меня перехватило дыхание.
Затем я нацарапал черным маркером свое имя на ее гипсе, пообещав себе, что это будет единственное, что она когда-либо от меня получит.
ГЛАВА 6
Утром в середине февраля, в день моего восемнадцатилетия, я проснулась с ощущением, что у меня в горле поселилась колония огненных муравьев. Если бы кому-то понадобился дракон, я бы вызвалась добровольцем. Я была уверена, что смогу дышать адским пламенем.
Голова раскалывалась.
Веки казались приклеенными к глазным яблокам малярным скотчем.
Я старалась сохранять связность мыслей, пролистывая фотографии, которые я проявила в школьной темной комнате, — снимки расплывались и искажались, пока я перебирала стопку.
Тарелка с черникой в кафетерии. Дети, смеющиеся возле своих шкафчиков. Наш настоящий талисман, кролик Нибблс, грызет морковную палочку. Директор смотрит на моего учителя естествознания.
Наверное, мне стоит спрятать эту фотографию.
Но чем больше я пыталась сосредоточиться, тем больше все расплывалось перед глазами. Мой мозг подводил меня. Все меня подводило.
Тара запустила подушкой мне в лицо.
— Вставай! Сегодня твой день рождения.
Ее голос был слишком громким. Казалось, что она кричит мне в ухо, но, учитывая траекторию полета подушки, она была как минимум в нескольких футах от меня.
— Уф. — Я застонала, откидываясь назад и используя подушку как барьер от солнечного света. — Кажется, я заболела.
— Нет, не заболела. Ты просто пытаешься избежать посещения завтрашней зимней вечеринки с Эриком.
Она могла быть права.
Может быть, мое тело отказывало при мысли о неловком, неуклюжем медленном танце с Эриком Соломаном, который был на два дюйма ниже меня и вчера пришел в школу с огромным прыщом на лбу.
У меня скрутило живот.
Честно говоря, я не была уверена, из-за чего это произошло — из-за воспоминаний о прыще или из-за гриппа.
— Я действительно заболела, Тара. Мои кости ломит, а мозг вытекает из ушей.
— Это лишком драматично.
— Именно так я себя и чувствую. Я умираю. — Из-за подушки мой голос звучал приглушенно.
— Привираю?
— Умираю, — повторила я, швыряя в нее подушкой. Сил у меня было, как у новорожденного, и подушка едва перелетела через край матраса. — Я хочу суп.
Когда мои глаза, наконец, открылись, я увидела, как Тара натянула мешковатый свитер и вытащила из-под ворота копну влажных от душа волос.
— Черт возьми, Галс. Ты действительно похожа на моего дедушку Гарри в день его похорон, только зубы у тебя гораздо лучше. Я скажу маме, чтобы она приготовила тебе суп.
Я пробормотала в ответ что-то нечленораздельное.
Потом я, должно быть, задремала, потому что, когда я снова проснулась, Тары уже не было, а Уитни сидела рядом со мной на кровати и гладила меня по волосам.
— С днем рождения, Галлея.
В отличие от звонкого голоса Тары, голос ее матери звучал словно за миллион миль отсюда. Успокаивающий, умиротворяющий, заботливый. Зарывшись в одеяла и дрожа от лихорадки, я погрузилась в комфорт ее слов и мягких прикосновений.
— Я сварила тебе суп и принесла жаропонижающее. Ты вся горишь.
— Хмф…
— Я предупрежу в школе о твоем отсутствии, — сказала она. — Мне нужно на работу… Как думаешь, с тобой все будет в порядке? Может, мне взять отгул?
Ни за что.
Она уже стольким пожертвовала ради меня. Слишком многим.
Я заставила себя приободриться, выглянула из-за края одеяла и улыбнулась ее расплывающемуся перед моими глазами милому лицу.
— Иди на работу. Меня просто знобит. — Я перевела взгляд на тарелку с дымящимся бульоном на тумбочке. — Спасибо за суп.
— Конечно. В обеденный перерыв я зайду проведать тебя.
— Хорошо.
Это было последнее, что я помнила, прежде чем лихорадочные сны унесли меня…
— Я могу побыть с ней. Тебе нужно вернуться в офис.
— Не знаю… она выглядит неважно. Может, отвезти ее в больницу?
Большая прохладная ладонь легла мне на лоб, помедлила и заботливо убрала назад мои взмокшие от пота волосы, а вихрь землисто-древесного аромата с ноткой амбры окутал меня облаком удовольствия.
— Думаю, нам просто нужно дождаться, чтобы лихорадка прошла. Я прослежу, чтобы она приняла лекарства.
— Ты уверен?
— Да. У меня сегодня выходной, а ты занята предстоящим судебным делом. Я выгуляю собаку, пока буду здесь.