- Ничего криминального, Елена Николаевна, - отозвался порядком развеселенный её непосредственностью и прямолинейностью Виталий. – С чего ты взяла, что мне от тебя нужно что-то такое «естественное»? – Осторожно, как бы между прочим, поинтересовался он, зная, что эта тема может быть для неё не очень приятна. Но в борьбе разума с любопытством с огромным перевесом побелило всё-таки любопытство.
- Да так, интуиция подсказывает, - отвела взгляд Лена, уткнувшись в меню. – Я буду чёрный кофе. С сахаром.
Виталий понял, что беседы на данную тему заводить больше не следует. По крайней мере, в ближайшее время.
- А на десерт? – поинтересовался он, откладывая меню.
- А на десерт – твой рассказ о том, кто ты и почему ты водишь по кафешкам разных девочек, которых подбираешь на полупустых ночных трассах, в полуобморочном состоянии с полным отсутствием денег в кармане и забывающих у тебя в машине единственную надежду попасть домой, - ответила она, откладывая меню, подобно ему. - По-моему, достаточно калорийный десертик получился. – Уголком губ улыбнулась Лена, скорее выказывая своё ироническое отношение к сложившейся ситуации, нежели реальный интерес к его потенциальному рассказу.
Виталий усмехнулся – и всё-таки, эта девочка в красноречии даст фору многим столичным штучкам, с которыми он привык иметь дело на съёмках. Служебных романов он, что удивительно, ни разу не заводил, однако всю эту атмосферу ни к чему не обязывающего флирта вдохнул сполна. Однако ни капли искренности в этом флирте не было и никогда не будет. Эта жизнь – жизнь за кадром, - не настоящая. Она – всего лишь фикция, видимость жизни, а настоящая жизнь – вот она, здесь и сейчас, сидит напротив него и улыбается одними глазами, в глубине которых понамешано столько разных чувств и эмоций: ирония, интерес, опаска, недоверие, естественность, насмешка.
- И всё-таки, десерт я тебе закажу, - усмехнулся он, складывая руки перед собой. – Итак. Я, как ты уже логично заметила, - слава Богу, не Лаврентий. – Поймав третьяковскую невольную улыбку, улыбнулся сам. – Я – Виталий. И я – актёр. – Лена от неожиданности заерзала на стуле и тут же расправила плечи, с интересом посмотрев на него.
- Актёр? А что это я тебя ни разу по телеку не видела? – Приподняла брови она, вытянув руки на столе. – А, хотя, да. Я ж телек уже сто лет не включала. Ну, всё равно. Ты, наверное, неизвестный актёр? – Нет, она не преследовала цели уколоть его, а лишь просто невольно высказала пришедшее на ум предположение.
- Ну, кому как, - улыбнулся он, - Я как раз планирую сняться в одном фильме, который, скорее всего, покажут в кинотеатрах.
- О, а как называется? – заметно оживилась Лена, подтянувшись.
- Хм, давай, я пока не буду тебе говорить название, хорошо? У меня послезавтра пробы, и я, как бы это сказать, не хочу сглазить. Вдруг не получу роль? – объяснил он, с немного наигранным смущением взглянув в окно.
- Ха, суеверный, значит, - констатировала Лена, усмехнувшись, и тоже посмотрела на улицу.
Виталий, заметив, что подошла официантка, перевел взгляд от окна на свою задумавшуюся о чём-то спутницу, а потом на официантку:
- Нам два кофе, десерт «Пражское пралине» и горький шоколад. Спасибо, - обратился он к девушке в накрахмаленном фартучке и снова повернулся к своей собеседнице. Лена снова повернулась к нему и, будто спохватившись, поинтересовалась:
- В машине ты сказал: «ещё и наркотой балуешься», - прищурившись, сказала она и оперлась локтями о стол. – Так вот, что значит это «ещё и»? – заметив по выражению лица мужчины, что он собирается как-то «замять» это вопрос, она добавила: - Только вот не надо мне тут спрашивать, что я имею в виду, или с чего я взяла, что ты что-то имел в виду… Ты меня прекрасно понял. Просто меня напрягает, что ты, возможно, знаешь обо мне гораздо больше, чем я думаю.
Виталий снова поразился тому, как эта девушка предугадывает его действия и как она заставляет его захотеть рассказать правду. Именно захотеть. Эта её полная беззаботность и непосредственность в разговоре просто напросто вынуждает его быть непосредственным в ответ.
- Скажи спасибо вашему школьному охраннику. И передай ему огромный от меня привет, - ухмыльнулся мужчина и увидел, как на лице Третьяковой проступает что-то дьявольское.
- Ну, дядя Вася… неужели ему мало кота в противогазе? Ну, ничего, я ещё что-нибудь придумаю… - Обратилась скорее сама к себе, нежели к собеседнику, Лена, комкая в руках белоснежную салфетку.