- А почему? Парень есть? – спросил первое, о чём обычно спрашивают отказавшую девушку, парень, обреченно усмехнувшись.
- Парня нет. – Бросив растерянный взгляд на собственные кроссовки, отозвалась Лена, и снова посмотрела прямо перед собой, сидя рядом с Андреем, который, не отрываясь, следил за выражением её лица.
- Тогда в чём проблема? Я тебе не понравился, да? – странно было слышать подобное от симпатичного спортивно сложенного парня, который в каждой своей улыбке обнажал ослепительно белоснежные зубы. И Лена, с усмешкой в глазах повернувшись к нему, снисходительно ответила:
- Не говори ерунды, просто… - снова взгляд на кроссовки.
-…просто нравится другой, да? – Андрей, кажется, был парнем неглупым, и по тому, как резко обернулась девушка на его, казалось бы, вполне невинную и обыденную реплику, понял то, о чём уже успел догадаться.
Третьякова, вертя в руках почти пустую пачку сигарет, подбросила её на ладони, взвесила, достала одну сигарету и ответила:
- Да. Другой… нравится. – где-то в кармане куртки, помимо блока спичек, завалялась отдельная початая коробка, и Лена, достав её, достала из неё спичку и, чиркнув ею, подожгла сигарету.
- А говоришь – бросить собиралась, - качнув головой, грустно усмехнулся парень, доставая свою пачку.
- Бросишь тут. – Зажав в губах сигарету, промычала девушка, пряча в карман спички. – Кругом одни стрессы, голова кругом.
- Ага, скажи ещё – все проблемы от мужиков, - хмыкнул парень, состроив насмешливое лицо, решив, что уж хотя бы дружеский, но хоть какой-то контакт он с ней наладит непременно.
- Нет, не от мужиков. – В тон ему отозвалась Лена, - лучше бы уж от них. От баб все проблемы, Андрей, от баб. Лохудры крашеные, - и, услышав, как звучно и искренне засмеялся парень в ответ на её чопорные причитания, не удержалась и сама засмеялась в унисон, слишком уж заразительным был этот смех.
- Ну, ты и кадр, Лена, - покачал головой парень, смеясь, - пару часов тебя знаю, а кажется, будто всю жизнь с тобой по одному полю мяч гонял.
Лена, усмехнувшись, лишь промолчала в ответ – уж больно знакомым было ей это чувство.
Боже…ну почему так болит голова?! Пытаясь нащупать на прикроватной тумбочке дежурный графинчик с водой, Виталий, терпя невыносимую головную боль, убеждался, что совсем разучился пить.
Правило «не понижать градус» он помнил прекрасно и в любом состоянии, и потому этот самый градус исправно повышал (до определенного момента, разумеется). А вот вчера он, похоже, воспринял правило слишком буквально, совершенно забыв, что повышать градус бесконечно тоже не есть хорошо.
Началось всё со стаканчика пива, которое в спорт-баре делали на ура, продолжилось это уже дома – за стопочкой листов сценария, сложенных на журнальном столике, и половиной бутылочки коньячку. Пытаясь хоть как-то отвлечься от неприятных мыслей и пугающих ощущений, мужчина усиленно заливал их горячительной панацеей от всех болезней – великолепным коньяком пятнадцатилетней выдержки. Ну, и, чтоб как-то оправдать своё возлияние, он усиленно пытался прочесть название первой сцены в сценарии. Получилось у него это вчера или нет, с утра он вспомнить так и не смог.
А Лена…а что Лена? Лена весь вечер провела в компании гитары и двух никотиновых трубочек, одна из которых была беспощадно раздавлена в блюдце, будучи поднесенной к губам всего дважды, а другая долго и нудно терпела издевательства, которым подвергала её Третьякова, разминая её в пальцах, сидя на подоконнике, перед тем, как поджечь её кончик. Подожгла. И снова не судьба – раздавшийся стук в дверь пробудил сосредоточенно вглядывающуюся в темноту оконного проёма девушку от терзавших её мыслей.
- Леший, - Сергей вошёл в комнату, и, увидев, как торопливо поднимается дымок от резко уткнувшейся в блюдце сигареты, продолжил: - опять куришь? – Не то, чтобы Лена испугалась брата, у неё не было такой привычки – бояться его, но курить при нём было всё же немного стыдно.
- Да нет, - он покрутила сигаретой по блюдцу, размазывая успевший отделиться от трубочки пепел по керамической поверхности посудины. – Так, балуюсь. – Следя за движениями собственной руки, пробурчала в ответ Ленка, закидывая вторую ногу на подоконник.
Сергей подошёл, сел на кровать, взял в руки опиравшуюся на край кровати гитару, ответил: