Машина!
- Какая машина? «Тойота»? – Она, присев, поравнялась с почти что напуганным её бурной реакцией мальчиком. Тот лишь глупо захлопал глазами. Ну, разумеется, откуда ему знать, что такое «Тойота», а что такое «Девяносто девятая», например. – Забудь, - прикрыла на долю секунды глаза она, собираясь с мыслями, и уже более спокойным голосом спросила: - Чёрная?
- Нет, серебряная, - поджал пухловатые губы мальчик и, воспользовавшись тем, что Третьякова от недоумения ослабила хватку, по-быстрому смылся с её глаз.
- Ле-е-ен, что это было сейчас? – Насупив брови, поинтересовалась Лерка, - какие цветочки обалденные! Ленка, у тебя что, есть ухажёр?
- Ничего не понимаю, - пробормотала Третьякова, не обратив внимания на вопрос любопытной ударницы, неосознанно зарывшись носом в роскошные цветы, чувствуя, как в душе просыпается что-то, давно засыпанное песком времени.
От автора: Дорогой читатель! если тебе нравится эта история, жми кнопочку "Мне нравится" и оставляй свои мысли и впечатления в комментариях) это будет очень полезно всем, кто ещё историю не читал, а автору - очень приятно! :) Отличного дня!
Глава 20.
На следующий день, несмотря на то, что Лене было совершенно не до репетиций, она покорно качалась в метро из стороны в сторону, направляясь на базу.
Выпускной прошёл, как в тумане. Всё, что происходило на нём, не имело абсолютно никакого значения для постоянно ищущей кого-то взглядом девушки. Марат не раз спрашивал у неё, кого она пытается высмотреть в темноте за забором, который ограждал уютный ресторанчик, в котором проходило празднование выпускного. Она лишь отмахивалась и тут же переводила взгляд на что-нибудь другое, потягивая из высокого бокала сладкое шампанское.
Создавалось ощущение, что ею движет паранойя: ей казалось, что он – везде. Даже несмотря на то, что его не было видно, ей казалось, что он – где-то рядом, несмотря на то, что он уехал не на чёрной «Тойоте», она всё равно печёнкой чувствовала, что это именно он передал ей этот потрясающий букет. Не стесняясь, зная, что в ресторане находится мама с остальными счастливыми родителями, она стояла на крыльце и пыхтела, как паровоз. Перестала курить она только тогда, когда ничего не поминающий Марат взволнованно выхватил у неё из рук пятую сигарету.
- Эй, ты чего? – Она в возмущении подняла брови и попыталась забрать у стоящего рядом друга дымящуюся сигарету.
- Нет, это ты чего? – недоуменно переспросил Марат, выбрасывая окурок на землю и затаптывая тлеющий огонёк.
- А что я? Со мной всё кайфово, - поджала губы с равнодушным видом Ленка, взглянув на свою обувь и снова переведя взгляд на зажжённый фонарь.
- Заметно, - хмыкнул парень, сделав шаг в её сторону, становясь чуть ближе, так, чтобы была возможность обнять её за плечи. – Всё ведь вроде отлично: свобода, любимое дело, мама не стала возмущаться, когда ты ей час назад сказала, что поступать будешь в следующем году вместе с остальными девчонками из группы. Так в чём же проблема? – Обеспокоенно спросил он, обнимая Лену за плечо. Та лишь пожала плечами, придвинулась ближе и, выдохнув в ночной воздух, отозвалась:
- Сегодня Виталий приезжал. – Сама не знала, зачем сказала это Марату. И тут же начала жалеть о том, что всё-таки назвала причину своего потерянного состояния.
Парень тут же сжал губы и, нахмурившись, осторожно, но с плохо скрываемым нетерпением в голосе поинтересовался:
- Вы виделись? Разговаривали?
- Нет, - Третьякова выдохнула, отвернув лицо от друга, чтобы не встречаться взглядом с его осуждающими глазами, хотя и знала, что осуждают эти глаза вовсе не её. – Он цветы мне передал, но видеться со мной не стал. Я вообще не понимаю, зачем он приезжал.
- Зато я понимаю, - с неприязнью усмехнулся Марат, крепче сжимая Ленкино плечо, радуясь, что сейчас с ней рядом находится именно он, а не тот, кто позволил себе снова нагло ворваться в только-только стабилизировавшуюся жизнь Лены, его Лены. Его светлой и улыбчивой Лены, которая так умело и искренне радовалась жизни эти два месяца. А он приехал и всё испортил.
Лена лишь перевела удивлённый взгляд в глаза Марату, и тут же поняла, что лицо обнимающего её сбоку друга находится слишком близко к её собственному. От него здорово пахло смесью дорогого одеколона и крепких сигарет. Мягко отстранившись, она отодвинулась от парня на шаг, так, что его рука безвольной плетью повисла вдоль его тела, будучи убранной с её плеча.