- Смотри, тебя никто за язык не тянул, - покачала головой Женя, хитро сощурившись, - иди уже.
- Ох, спасибо за разрешение, - закатила глаза Лена, по-доброму усмехнувшись. - Выспишься и не вспомнишь. – И, подмигнув, зашагала к выходу.
Виталий сидел в автомобиле и в ожидании постукивал пальцами по кожаному рулю. Покалывание в подушечках пальцев тревожным симптомом сигнализировало о нервном напряжении, сковавшем его тело. Лены всё не было. Видимо, «Серёжа» отпускать не хочет. В очередной раз залепив ладонью по рулю, спустя секунду, сообразил, что Лена понятия не имеет, что у него - новая машина. Она, наверняка, выйдя из комплекса, будет искать чёрную «Тойоту». И стоило ему вспомнить об этом, как передняя боковая дверь открылась, и на пассажирское сидение рывком опустилась девчонка в чёрной дутой куртке и свивающей до затылка шапке.
- Быстро ты, - не без сарказма в голосе заметил Виталий, заводя машину.
- Как умею, - не без удивления его странному тону отозвалась резковато Лена, снимая надетую через плечо кожаную сумку.
- Машину, наверное, долго искала? – Немного смягчил напряжённый тон мужчина, трогаясь с места. Взгляд его был направлен аккурат на дорогу.
- Да нет, с чего это, - пожала плечами Ленка, расстёгивая куртку, - серебристая машина тут одна, - она усмехнулась, размыкая молнию, удивляясь, зачем вообще её застёгивала, до машины-то было всего-ничего дойти.
- А откуда ты знала, что машина серебристая? – Виталий искренне удивился, и, оторвав взгляд от дороги, взглянул на копошащуюся на сидении Ленку, которая стаскивала с головы опять же неизвестно зачем надетую шапку. – Я ведь её купил уже после… Ну, в смысле, тогда же ещё «Тойота» была. – Сдержанно кашлянул Виталий, прочищая горло. Чуть крепче сжал ладони на руле.
- На выпускном – уже не «Тойота», - немного задиристо хмыкнула Лена без тени улыбки: слишком уж ярким было всплывшее воспоминание того состояния, которое вызвал в ней тот «таинственный» букет. Поняв, что произнесла это чуть нервнее, чем следовало бы, сжала губы и отвернулась к окну.
Виталий снова бросил в её сторону немного шокированный взгляд – откуда она знает?
- А как ты узнала, что это был я? Ты меня видела? – Он искренне удивился осведомлённости своей юной подруги, и, честно сказать, немного, нет, даже много, раздосадован, почувствовав себя при этом полнейшим идиотом. Конспиратор, блин.
- Мне не надо было видеть, чтобы догадаться, - всё также в окно ответила Лена, поёжившись. – Не видела, к сожалению.
За окном мелькали тёмные ночные улицы, то освещаемые редким светом тусклых фонарей, то блистающие великолепием красочных сверкающих витрин круглосуточных магазинов и увеселительных заведений.
- К сожалению? – Виталий невольно улыбнулся. Она, даже не поворачиваясь, услышала эту улыбку в его голосе, и реакция её не заставила себя ждать:
- Не обольщайся, - она снова усмехнулась куда-то в окно. Потом, повернувшись к нему лицом, добавила язвительным тоном: - Если бы увидела, то чистеньким ты вряд ли бы ушёл. Красочный фингал бы я тебе обеспечила.
- Тебе настолько не понравился букет? – Решил обернуть всё в шутку мужчина, почти искренне улыбнувшись и поворачивая руль.
- Букет-то, конечно, ничего, - усмехнувшись, снова отвернулась к окну она. – Ладно, закрыли тему.
Некоторое время ещё молчали. Проехав по Некрасовской, свернули в переулок. Ещё поворот, ещё поворот – тёмная улица, пара разбитых фонарей. Ехали, будто в тоннеле. И, видимо, спасительная темнота подействовала на мужчину благотворно, потому что он, собравшись, наконец, с мыслями, произнёс:
- Я на съёмки уезжал.
Лене не нужна была непроглядная тьма, чтобы набраться смелости и высказать всё, что она думала о том его хамском отъезде.
- А попрощаться было не айс? А, ну да, мы ведь занятые такие. – Повернула лицо к нему, блеснула в тусклом свете фар стеклянным взглядом.
- Да не в занятости дело, - закатил глаза, вздохнув, Виталий, в полной мере ощущая сейчас всю глупость поступка полуторагодовалой давности. – Я подумал, что будет лучше, если я просто уеду. Ну, без всяких там прощаний и соплей. – Крепче сжал руль. Снова.
То, с каким возмущением она подняла скрытые под светлой чёлкой брови, не сулило их разговору ничего хорошего: