Она представилась, Марьей Карловной, классной дамой первого курса. У нее было жесткое, безэмоциональный лицом судьи, с глубокими морщинами над переносицей. Она нетерпеливо вырвали из ее рук, бегло прочла и поманила ее рукой: «Проследуйте за мной Сестра Крылова, Сестра Суслова, тоже не отставайте.» Тут только Аксинья заметила рыжеволосую девушку, стоявшую с растерянным видом недалеко от них. Все трое двинулись куда-то в недра института. Аксиньи, Суслова показалась сильно младше ее, хотя и понимала, что такого быть не может, брали только с 18 лет. Низенькая и хрупкая, немного напоминала ей Анастасию. Не перекинувшись еще ни словом, Аксинья уже испытала к ней симпатию.
— Меня зовут Надя Суслова, а вас как?
— А я Аксинья Кры..
— Девушки, тише ! — грозный голос классной дамы хлестнул как плеть по ушам. Девушки вздрогнули, примолкли и до конца пути не пробовали завести разговор. - Ступайте тише, вы же не лошади. - Аксинья и Надя переглянулись, в глазах рыжей промелькнула искорка веселья. Аксиньи даже показалось, что та вот вот высунит язык, что бы подразнить провожатую. Аксинья заметила, что Марья Карловна заметно прихрамывает.
Бесконечный коридор все не заканчивался, белые стены навивали мысли о смирительном доме, Аксинья там ни разу не была, но именно так он и должен был выглядеть в ее понимании. Чем дальше они проходили, тем сильнее становился запах мокрой тряпки, он смешивался с запахом каких то лекарств и кислой капусты. У огромных деревянных дверей запах усилился в двойне, и девушка с ужасом поняла, что здесь расположена столовая. Но к облегчению, они прошли мимо и свернули в более узкий коридор. Ни каких украшений на стенах, ни картин, ковры серые и бесцветные вытоптанные до дыр сотнями ног молодых девушек. Занавески на окнах когда-то были белыми, но сейчас отливали неприятной желтизной. Проще говоря, сплошное казенное имущество. Она хорошо запомнила мысли в тот момент, что это место, где ничего нельзя.
“ Об этом месте ты так мечтала мама? “.
Их привели в закройную, подобрали форму по размеру. Серо-сине, невзрачное платье, но из приятной ткани, не сильно отличавшееся от того в котором приехала Аксинья. Только пуговицы были расположены на офицерский манер. В два ряда от шеи и до пояса. Их одежду велели уложить в свои саквояжи и не доставать без разрешения. В институте все должны быть одинаковые. Даже короткие рыжие локоны Нади как будто потускнели, словно стесняясь своей яркости в этом храме серости.
Переоблачившись и окончательно слившись со стенами, их повели в спальное крыло, на второй этаж. По пути, который опять проходил около Столовой им встретилась группа девушек в белоснежных платьях с пелеринками на плечах. Они кротко поклонились классной даме. Но что поразила Аксинью, у все них были косы, перевязанные белыми лентами. “ Значит это третьекурсницы”. На Левых плечах у девушек были повязаны черные ленточки, у кого-то одна, у кого то 2. “ У них уже написана Словоплоть”.
Надя ели слышно охнула от восхищённо охнула при виде третьекурсниц, но классная дама не оставили даже это без внимания.
“ Тише барышни, ни звука. Никто не должен слышать даже шороха ваших платьев “. Они вступили на широкую лестницу. Аксинья пыталась наступать бесшумно, но чем больше она старалась, тем сильнее шуршала юбка и эхо предательски разносилось все сильнее и сильнее.
В общую спальню было примерно 30 кроватей, примерно 10 уже были заняты девушками в форме. При их появлении все повскакивали и почтительно поклонились. Но Марья Карловна не обратила на это особое внимание, а только провела Аксинью и Надю к дальним кроватям с левой стороны, подальше от окон. Около 2 крайних стояли их саквояжи.
“ Достаньте только самое необходимое, а прежнюю одежду оставьте и засуньте под кровать, она вам будет нужна не часто. Как разберётесь, никуда не уходите и ждите меня. “- пока она это говорила, никто не издал ни звука. Строгий голос отражался от стен и заполнял все пространство. Закончив, она развернулась и вышла, прихрамывая из спальни. Аксинья показалась, что даже волосы классной дамы выглядят злобно.