Как только она скрылась за дверью со всех сторон заструилась мелодичная девичья речь.
Ее новая соседка повернулась к ней и с видимым облегчением сказала.
— Она немного жуткая, не думаешь? - сказала Надя с нервным смешком
— Да, почувствовала себя маленький нашкодившим ребенком.
Девушки одновременно присели возле кроватей и начали раскладывать принадлежности для учебы в небольшие тумбы, стоявшие по бокам кроватей.
— Надя, откуда Вы приехали?
— Я из Тульской губернии. 3 дня добиралась, а Вы…простите, не запомнила имя?
— Аксинья, Аксинья Крылова, дочь генерала Крылова.
Девушки сели друг на против друга на жесткие кровати, покрытые тонкими шерстяными одеялами, и разговорились. Аксиньи хотелось ни на минуту не оставаться с мыслями на едине, поэтому она очень активно расспрашивала новую подругу.
В семье Нади было пятеро детей и все девочки. То, что она пойдет учится на Сестру милосердия. Но, после рождения третий сестры пять лет назад, она загорелась желанием пойти учится в Катерининский. Семья Сусловых небогатая: Мать-сестра милосердия в третьем поколении, отец-бывший крестьянин, выкупивший себя и отслуживший в армии. Надя училась в приходской школе и до 18 лет трудилась во Вдовьем доме. Она создавала впечатление доброй и начитанной девушки. Аксинья понимала, что, будучи дочерью высокопоставленного генерала, никогда бы не пересеклась с Надей, а если бы и пересеклась, то не стала разговаривать, но серая форма и жесткие постель невиданным образом стерли преграду.
— Все пять лет до приезда сюда, меня обучал студент медицинского института, но потом выяснилось, что его выгнали за революционные статьи, но никого другого родители позволить не могли. Мы с ним даже препарировали лягушек и мелкую мертвую живность.
— Какая гадость! Зачем?
— Что бы я не боялась крови и появилась выдержка— с гордостью сказала он— именно он вдохновил меня изучать медицину. Он сказал, что у меня руки хирурга. — Аксинья опустила взгляд, но ничего особенного в ее ладонях не заметила.
— Да, это может помочь в сестринском деле
— И это тоже, но я хочу после выпуска пойти вольнослушателем в медицинский курс. Хочу стать хирургом.
Аксинья слышала, что белые сестры могут посещать мужские медицинские университеты, но никогда не слышала, чтобы женщина становилась врачом. Надя как будто подслушала ее мысли.
— Я знаю о чем ты думаешь, что женщина не может быть врачом. На это у меня есть нерушимый аргумент. Еще 20 лет назад, женщина не могла претендовать на престол. Так что кто знает, что может еще через пару лет измениться.
Незаметно для себя Надя сжала кулачки. Весь ее вид говорил, что она готова отстаивать позицию до последний капли крови. Но Аксиньи и не собиралась возражать, хоть и считала это не лучшей Судьбой для девушки.
— Очень необычное желание. А каким именно врачом ты бы хотела стать? — сказала она что бы расположить к себе Надю сильнее.
— Хирургом. — ее глаза засияли.
— Пусть твоя Судьба будет легкой и будет прочитана.
— И будет прочитана. А куда бы ты хотела попасть?
Аксинья задумалась. Ей бы не хотелось попасть в фронтовые госпитали, велик шанс умереть или от пуль, или от инфекции, не хотела попасть и в санитарные поезда и военные суды. Боялась трупов, поэтому к законникам ее бы тоже не пошла. Казалось, самое лучшее — это местные городские лазареты или тыловые. Дворец казался не досягаемым, она хорошо понимала свои шансы. Туда брали только самых талантливых и одарённых на Молитвы.
Поэтому она решила выкрутится общей фразой
— Я бы хотела быть полезной, помогать людям, следовать судьбе. Надеюсь, здесь мне и скажут, к чему я пригодна лучше.
— Ты права, никто не знает, какую Молитву для тебя напишут. А твоя мама была Сестрой?
— Да, всю юность провела в госпиталях. Там и с отцом и познакомились.
— Вау. Это похоже на притчу из Судьбы про «Марфу и Амаля». Офицер и добрая девушка нашедшие судьбу во время войны. — она даже вперед поддалась, настолько это ее впечатлило. Хотя Аксинья не видела в этом ничего особенного, где еще знакомится Сестрам милосердия? — Так ты будешь только второй в роду?
Аксинья уже собиралась ответить, как двери распахнулись и вошла Марья Карловна в сопровождение нескольких служанок, тащащих поклажи и пятерых новых девушек одинаково остриженных и одетых. Аксинья и Надя встали, следуя примеру остальных. Наступила полная тишина. Классная дама провела инструктаж новоприбывшим и чинно удалилась. Разговоры возобновились.