Она стала нервно оттягивать воротник, как будто он мешал ей дышать. Полицмейстер перехватил ее руку и обнял за талию.
— Я знаю. Не кори себя, это ничего не изменит. Пойдем, тебе надо скорее возвращаться.
На утро Граф Мохов очнулся в сгоревшем доме с не четким воспоминанием и раскалывающейся головой. Смутные воспоминания о пьяной драке и потери кошелька потихоньку пробились сквозь туман похмелья. А об Аксиньи, дочери графини он лишь смутно припомнил, когда проходил мимо больницы. Но образ голубоглазой девушки растаял столь же быстро, как и появился. Он не любил вспоминать о любовных неудачах.
Глава 15. Забудь
Живот тянуло еще пару дней. А тошнота не проходила почти целую неделю. На утро после «инцидента», как она про себя назвала ту злополучную субботу, на Аксинью накрыло тяжёлым отупением. Казалось, все тело опутано стальной паутиной, пригибающей к земле и мешающей двигаться.
Виктории и Наде, которые начали допытываться с удвоенной силой о случившемся, она скормила байку о том, что ее жених пообещал приехать за ней, женится, и увести в свое дальнее имение, но в назначенное время не явился. Почти не соврала. А из письма сестры она узнала, что тот уже женился. «Зло пошутил», с деланым равнодушием прошептала она подругам в библиотеке. Поэтому, собственно, она, в расстроенных чувствах перепутала палаты и зашла к зараженным, сестра Варвара заметила и оставила ее до ночи, пока врач Лёвушкин не освободился.
Утешения Нади и план мести Мезенцевой она внимательно выслушала кивая не впопад. Сегодня им рассказывали о после родовом уходе за рожаницами и Аксинью непрерывно мутило, то крутило живот, то к горлу подкатывала тошнота. В голове мелькали обрывочные воспоминания с чердака, от этого становилось еще горше.
Аксинья почти не понимала о чем им вещает учительница, просто записывала слова не вникая в их смысл, а если бы и попыталась, то все равно бы не поняла.
«Если роженица впадает в лихорадку, надлежит прикладывать к животу лед и давать хинин. Но паче всего— беречь ее от сквозного ветра, ибо простуда есть верный путь к смерти. И не забывайте про доброе и ласковое отношение к роженице, ибо, доброта— ваше главное оружие»
На слове «доброта», она допустила помарку, зачеркнула, переписала и снова неудача, перо соскользнуло, Аксинья с ненавистью зачеркнула слово и попробовала еще раз.
Учитель продолжала: «Ваша главная зада не допустить гангрены в родильных отделениях. Тряпки должны быть чистыми, руки вымыты с мылом. А воздух проветрен. Крылова, что ты творишь!»
Аксинья вскинула голову от неожиданности и проследив за взглядом учителя поняла, что ее так возмутило. Она не осознанно черкала и зачеркивала раз за разом одно и тоже слово пока не порвала бумагу и не начала с удвоенной силой водить пером по столешнице издавая неприятный звук, который заметили все кроме нее. В наказание за расточительство бумаги, ее заставили вымыть все парты и десять раз ударили линейкой по рукам. Боль немного вывела ее из тумана.
В библиотеке, когда Надя пошла за стеллажи она незаметно поманила подругу за собой. Выждав пару минут, она проследовала за ней.
— Что с тобой произошло. Ты выглядишь так словно вот-вот испустишь дух?
— Просто я устала. — Аксинья пошарила под стеллажом в поисках газеты. Она оказалась новой, еще не читанной. В свецкой хронике вряд ли бы напечатали, что ни будь о ее позоре, но мало ли. На главной странице, помпезными буквами значилось «Вчера в гостином дворе задержана банда мошенников, писавший поддельные Молитвы. », а чуть пониже «При обыске найдено 300 фальшивых купюр и 3 флакона с Живыми чернилами, сделанными из выкраденных книг жизни. Преступника задержал полицмейстер Кузнецов К.К. Дело передано в царскую прокуратуру»
— Да, что происходит, — Надя встряхнула ее за плечи заставляя отвлечься от чтения.
— Я … не могу тебе сказать, — она вытерла ладонью лицо— но, я опозорилась. Очень сильно. — Голос задрожал. Сдерживаемые уже пару дней слезы готовы были пролиться, но она сдерживала их усилием воли. — и мне очень плохо от этого.
— Ты из-за того письма и обещания? Вздор! Да, даже если кто-то узнает, ты курсистка Катериненского института. Под защитой императрицы. Ему несдобровать если кто то узнает о его делах. Нашла проблему, заняться тебе просто нечем. Мой учитель про таких говорит: «в место мозга, запитая.»
От очень своеобразной, но искренней попытке ее подбодрить, у нее потеплело на душе. Порыв рассказать всю правду удалось сдержать только встречным вопросом.
— Почему ты хочешь стать врачом? — вопрос явно поставил ее в тупик