Тонкая, кропотливая работа по изготовлению лекарств имела огромный плюс, пациентов можно было видеть только на обходе. Утром, она проверяла журнал пациентов: кому, что и во сколько надо принести. Они занимались этим со старшей сестрой Зариной и еще парочкой сестер со второго курса. Потом изготовляли лекарства, мази, порошки, Аксиньи было велено записывать всех, кому выдали флакончики на дом, сколько грамм ингредиентов было использовано и сколько осталось. Кропотливая робота требующая полной сосредоточенности отвлекала от противных мыслей о прошлом и давало какое и какое удовлетворение от работы. Надя теперь тоже, находилась только в операционных или в послеоперационных палатах. Ее полное бесстрашие и готовность работать в нутрии разрезанного человека восхищало врачей и пугала сестер, уж слишком восхищённо она им рассказывала про то, что ей давилось подержать в руках селезенку.
Украшения она отдала сестре Варваре в тот же день. Достав их из саквояжа, Аксинья как будто увидела старых друзей из прошлого которые приветливо подмигивали ей бликами на отполированных камушках. «Как давно это было, время, когда я могла их надеть» — подумала она, завязала в платок и засунула в рукав. Когда в Аптеку зашла Варвара, Аксинья молча передала их и молча вернулась к работе. Та наклонилась над ней и прошептала: «Не волнуйся. Он никому, ничего не расскажет» — и прежде, чем она успела бы, что ни будь спросить, Варвара ретировалась. Жизнь вошла в какую-то калию, шаткую, но ровную. Мысли редко теперь блуждали во круг чего-то постороннего. Что бы закрепиться в аптеке, Аксинья начала учить все рецепты наизусть, вплоть до граммовки. Ей здесь нравилось, казалось, аптека небольшой обособленный мирок куда недолетают крики больных и запах тел, грубый, горький запах Солодки все перебивал. В мужские палаты она старалась вообще не соваться, а если и приходилось, то делала это быстро, не смотря никому в глаза. Здесь было тихо, настолько, насколько это возможно в больнице. Тучи на душе потихоньку рассеивались.
В один из таких спокойных деньков дежурства, когда Аксинья направлялась пообедать, Варвара перехватила ее в коридоре и потянула куда-то за собой в небольшое складское помещение, соседствующее с трапезной. Здесь хранились продуты для готовки, теплый запах теста окутал Аксинью с головой, и она даже забыла спросить Варвару о том, зачем ее сюда привели. А когда они присели на грубо сколоченные табуретки, сестра вытащила с полки тарелку с куском большого, даже на вид липкого пирога с вишней, Аксинья чуть не разрыдалась от такого подарка.
— Откуда?
— У меня есть друзья на кухне. — Скромно и как то стыдливо улыбнулась она, наблюдая как девушка впивается зубами в еду. — Нас плохо кормят, приходится изворачиваться.
Вдруг раздался хлопок, Аксинья от неожиданности чуть не выронила тарелку, но спросить, зачем она это сделала не успела
— Как ты себя чувствуешь после— она неопределённо махнула рукой
— Уже лучше. Ничего не болит.
— Я рада, что все обошлось.
— Хотела спросить, а как ты меня тогда нашла? Услышала, как я плакала?
— Нет. Я следила за тобой.
— Зачем? — Варвара потупилась
— Я видела, как ты себя ведешь. К сожалению, твое поведение очень мне напомнило, как себя вела моя сестра перед тем, как совершила роковую ошибку.
— Что с ней стало?
— Вначале упреки и порицание от матери, затем наказание, лишение света пока та не родила ребенка. Долго не могла оправится после родов, но благо ее мать, Императрица с сильной Молитвой Жизни. У нее не было шанса умереть— Варвара тихо и очень заразительно захихикала, Аксинья тоже засмеялась, она в первые видала как Варвара улыбается, но внезапно резко оборвала смех
— Подожди. Мать твоей сестры Императрица, ты шутишь?
— Нет. Раз она мать моей сестры, значит и моя. Я цесаревна, зовут меня на самом деле Алиса, но я не люблю это имя.
-— Ты, так шутишь?
— О, если бы. К сожалению, уже в следующем году, сестра Кузнецова Варвара Ивановна, дочь бедного могильщика исчезнет, а на ее место должна встать Белозерская Алиса Михайловна, наследница империи. Скучно и незавидно. Хотя, мне впору взять матчество. – Единственное, что Аксинья смогла вымолвить было.
- Но, ты говорила, что Константин твой дядя?
- Нет конечно. Он один из службы разведки двора. Присматривает за мной. Благодаря его Благословению, он может знать где я нахожусь и общаться со мной благодаря доступу в больницу. Он конечно не совсем человек, но очень хороший, только через него могу держать связь с сестрами.